Небо на троих (сборник)

Понакачал он на Светкин айфон этот разных игрушек из интернета, мать ругается: «Совсем всю память забил своими «стрелялками» да «ходилками», телефон вон теперь еле-еле шевелиться…».

Но всё равно, представляет Валентина Сергеевна, как они за столом сидят вместе, хорошо так, уютно, и борщ дымится красный, запашистый… И на душе у неё тепло.

Кинулась она в холодильник сперва, потом в ящик, где картошка хранилась, – ни свеклы, ни картошки нет, всё закончилось.

Придётся на рынок идти, благо недалеко.

Что делать, собралась, пошла.

Сначала купила всё необходимое для готовки – пару килограммов картошки, с запасом взяла. Свеклу, морковку, лук… Решила через вещевые ряды пройти, всё равно по пути: «К тому же, надо бы Антошке носки шерстяные взять, а то осень уже, а он носится по улице в кроссовках, да в тоненьких носочках. Куда Светка только смотрит!.. Глядишь, застудится парнишка. Оно, пока молодой, ничего вроде, а потом годкам к пятидесяти вылезает всё – то спина ноет, то ноги ломит… По себе знает».

Народу на рынке немного, продавцов больше.

Видимо, погода, не сильно-то в такой холод и слякоть по улице расходишься. Вон и продавцы даже, бабёнки, что помоложе, собрались у одного из стандартных железнодорожных контейнеров, которые приспособлены у них для хранения товара, чего-то кучкуются.

Молодые они, а на вид полные какие-то, ни дать ни взять – толстухи. Впрочем, поняла Валентина, это от поназдёванных на них одёжек. Подозрительно розовощёкие опять же бабёнки, явно не просто кучкуются, по всему видно – подогреваются.

И то верно, заметила Валентина Сергеевна, на прилавке пироги, сало да солёные огурчики разложены на пластиковых тарелочках, а откуда-то из-под прилавка, одна из бабёнок периодически пластиковый стаканчик «с подогревом» являет на общее обозрение. И все они по очереди опрокидывают стаканчик да закусывают тут же.

Валентина Сергеевна вспомнила себя, когда они работали на приёмке изделий, наверное, вот так же выглядели в своем многослойных одёжах. Правда, подогреваться таким вот способом у них запрещалось строго настрого, и, хотя у сменных киповцев спирт для протирки приборов всегда присутствовал в избытке, они все хорошо понимали тогда – вот он рядом – порох, с ним не шутят.

Конечно, нельзя сказать, чтобы совсем не употребляли они спиртное, вполне даже выпивали, скажем, по праздникам, как все нормальные люди, или когда день рождения у кого-нибудь случался, о то и просто так, после смены в соседнем лесочке за проходной отмечали.