Туманная земля. Открытие Рафлза Хоу

Не могу считать себя его убежденным сторонником, но к числу сочувствующих принадлежу, и у меня хватает ума задавать себе вопрос: может, не только я изучаю это явление, но и его субъекты, существа с той стороны, тоже изучают меня.

Мелоун понимающе кивнул.

– Спиритизм неисчерпаем. Это понимаешь, когда начинаешь его постигать. В нем десятки разных, достойных изучения областей. И всем занимаются только вот эти честные, нищие духом люди, которые, несмотря на все преследования и потери, несут этот груз уже более семидесяти лет.

Они напоминают первохристиан. Ведь христианство вначале распространялось среди рабов и низших слоев населения. К господину свет пришел на триста лет позже, чем к его рабу.

– А тот проповедник? – запротестовала Энид.

– Вы говорите о нашем друге из Атлантиды? Жуткий зануда! Не знаю, что и думать об этом. Полагаю, самообман или временное высвобождение дремавшей ранее части личности. Единственное, в чем я убежден: все эти банальности не имеют ни малейшего отношения к жителю Атлантиды.

Не стоило отправляться в столь долгое путешествие, чтобы нести такой вздор. А вот мы и приехали!

– Я дал обещание отцу этой девушки доставить ее домой в полной сохранности, – сказал Мелоун. – А почему бы вам, Аткинсон, не подняться с нами? Профессор будет рад с вами познакомиться.

– Уже поздно. Он спустит меня с лестницы.

– Вижу, вам наболтали об отце всякой чепухи. На самом деле все не так. Некоторые люди его действительно раздражают, но вы к их числу не относитесь.

Может, рискнете?

– После ваших слов – конечно.

И все трое направились по ярко освещенному коридору к лифту.

Челленджер, в роскошном голубом халате, с нетерпением ожидал их. Он смерил Аткинсона взглядом боевого бульдога, увидевшего другую собаку. Однако беглый осмотр, видимо, умиротворил его, и профессор прорычал, что рад знакомству.

– Слышал ваше имя, сэр, и знаю о вашей блестящей карьере. Ваша резекция позвоночника в прошлом году заставила меня поволноваться. Неужели вы тоже ходили к этим лунатикам?

– Если вам угодно так их называть… – засмеялся Аткинсон.

– А как еще прикажете? Помнится, мой молодой друг (Челленджер иногда величал Мелоуна так, словно тот был подающим надежды школяром) говорил, что вы изучаете этот феномен. – Он оглушительно расхохотался, не скрывая своего презрения. – «Изучая человечество, начнем с духов», так что ли, мистер Аткинсон?

– Не обижайтесь на отца, он ничего в этом не понимает, – вмешалась Энид.