Туманная земля. Открытие Рафлза Хоу

– Добрый вечер, Красное Облако!

Новый гость заговорил отрывистыми фразами, медленно и с трудом выговаривая слова.

– Здравствуй, вождь! Как здоровье скво? Детишек? Никак в вигваме новые лица?

– Они здесь в поисках истины, Красное Облако. Покажи им, что ты умеешь делать.

– Попробую. Подождите минутку. Буду стараться.

Вновь тягостное ожидание, а затем новые чудеса.

Во мраке появилось смутное мерцание, что-то вроде струйки светящегося дыма. Сначала она вилась от одной стены к другой, а затем закрутилась в центре комнаты.

Постепенно струйка как бы сгущалась, превратившись наконец в яркий кружок размером с сигнальный фонарь. Он не отбрасывал света, и потому особенно резко выделялся в темноте. Кружок подплыл к самому лицу Энид, и Мелоун мог его хорошо рассмотреть.

– Но его держит чья-то рука, – воскликнул он с вновь вспыхнувшим подозрением.

– Конечно. Это материализованная рука, – сказал Мейли. – Я тоже ясно вижу ее.

– Хотите, чтобы она коснулась вас, мистер Мелоун?

– Да, если можно.

Свет погас, и почти тут же Мелоун ощутил чье-то прикосновение. Он подставил свою ладонь и отчетливо почувствовал, как на нее легли три пальца – теплые, гладкие, средней величины. Мелоун сжал руку, и пальцы как бы растаяли в ней.

– Она исчезла, – задыхась от волнения, проговорил журналист.

– Что поделаешь! У Красного Облака бывают такие промашки. Но его световые эффекты великолепны.

Тут же, как бы в подтверждение этих слов, началась еще более поразительная игра света.

По комнате медленно поползли разной величины облачка и заплясали крошечные искорки, похожие на светлячков. Тогда же молодых людей обдал ледяной порыв ветра. Нельзя было приписать его обману чувств: у Энид даже сдуло на лоб прядь волос.

– Вы, наверное, ощутили порыв ветра? – спросил Мейли. – Некоторые из огоньков могут сойти за языки пламени. После этого Троица уже не покажется вам таким уж невозможным феноменом.

Бубен взмыл вверх; по светящемуся пятну было видно, как он описывал круги под потолком.

Затем бубен опустился ниже и поочередно коснулся голов всех присутствующих. И как бы успокоившись, с певучим звоном водворился на место.

– Почему бубен? Почему используется один только бубен? – спросил Мелоун.

– Удобен и компактен, – объяснил Мейли. – И всегда укажет звоном, где находится. А что вы еше можете предложить? Разве только музыкальную шкатулку.

– Наша шкатулка проделывает иногда удивительные вещи, – похвасталась миссис Болсоувер.