Дом для судьбы. Мечты! Мечты! Где ваша сладость?

Дороги заасфальтированы, в магазинах всё есть, – делился Антон впечатлениями от поездки и вдруг заявил – Я хочу жить там. – Как? – уставилась на него Таня. – Что, как? – А мы? – И вы со мной. – Я уже там была, больше не хочу. – Я же тебе говорю, они переехали. К тому же родители собираются взять машину, а кто на ней будет ездить? Отец, вряд ли, братишка ещё мал, так что ездить буду я, ну и ты со мной. – Но мы должны получить квартиру. Мы ведь первые на очереди. А дом уже построен, распределение квартир будет буквально на днях, – пыталась возразить ему Таня.

 – Плевать мне на твою квартиру. Там мы получим целый дом и двор в придачу. Не хочу я здесь жить, понимаешь? Не хочу. – А моя мама? – А что твоя мама? Захочет, переедет к нам тоже.

Некоторое время Таня сопротивлялась, но Антон был настойчив, и она, не выдержав натиска, согласилась на переезд. Мама, услышав такую новость, заплакала: – А как же я, дочка? Я же здесь одна одинёшенька. – Мама, не расстраивайтесь. Мы обустроимся, и, если вы захотите, то переедите к нам.

2. На чужой сторонушке, рад родной воронушке.

14

Автобус катился по раскалённому асфальту. За окнами виднелась неприглядная, выгоревшая от солнца степь. В салоне было жарко, пахло пылью и выхлопными газами. Измученные долгой дорогой дети, уснули, их личики раскраснелись от жары. – Далеко ещё? – время от времени спрашивала Таня. – Нет, скоро приедем, – в который раз отвечал Антон. А автобус всё катился и катился, подминая под себя асфальт.

В конце концов, впереди показался зелёный тополиный остров среди жёлтого песка и бурой травы.

 – Подъезжаем, – сообщил Антон.

Автобус затормозил возле высокого бетонного забора, и пассажиры стали выходить, ступая в мягкую пыль по краям асфальта. Таня не успела оглянуться, как кто-то потянул её к себе, и услышала голос: – Здравствуйте! С приездом! Сестра Антона поцеловала Сашу и Лизу. Они перекинулись несколькими фразами, обычными в таких случаях, и двинулись по пыльной улице села.

Дом, в котором жили родители Антона, был просторным и чистым.

Нельзя сказать, что он был особо богато обставлен, но было видно, что и нужды здесь не знали. В просторной кухне стоял большой самодельный стол. Для такой большой семьи был нужен именно такой. Кухонный гарнитур советского производства был совсем новый. В самой просторной комнате, именуемой залом, стояла так называемая «стенка», мягкий уголок и телевизор. Обстановка была обычной. Почти в каждом доме можно было увидеть, практически, то же.