Дом, в котором мы живем

Мама как будто бы впала в транс, она ничего и никого не замечала вокруг, даже меня, а только бесконечно плакала и что-то бормотала себе под нос. Но на четвертый день она собралась с силами, перестала плакать и сказала мне, что впереди нас ждут тяжелые времена, но мы должны быть сильными, потому что никто нам не поможет, что у нее есть только я, а у меня есть только она.

А потом были похороны. Их организовала бабушка. Для нее это было очень важно – организовать похороны своего единственного любимого сына, – потому что она была верующим человеком.

Она знала, что католическая церковь негативно относится к суициду и не возьмется за отпевание самоубийцы, поэтому ей пришлось пойти на некоторую хитрость, обман и подкуп церковнослужителя. Она обратилась к священнику пригородного Кёнигштеттен, рассказала ему историю о том, что ее сына убили и представили это убийство как самоубийство, она намерена доказывать в суде, что сына убили и оклеветали, но сейчас важно похоронить жертву преступления. Кроме этой басни, она увеличила гонорар священника в два раза установленного тарифа за отпевание покойного. Похороны урны с прахом проходили на кладбище Кёнигштеттен, присутствовали всего восемь человек, кроме меня, мамы, бабушки и священника, были еще четыре близких друга отца. Священник долго не церемонился с погребением урны, казалось, что ему хотелось поскорее закончить со всем этим, я это отлично помню, потому что все действо происходило очень быстро и неутомительно. Однако кроме короткой молитвы за упокой, он еще произнес небольшую проповедь для нас, присутствующих. Он что-то говорил о том, что в загробной жизни действуют те же правила, что и в этой жизни; что там есть свой царь-господь, его министры и заместители министров, а также простой народ царства загробного, который живет по законам загробного царства, а господь и его министры следят за тем, чтобы законы исполнялись, и чтобы в загробном царстве царили покой, мир и благодать; и что в этой жизни мы учимся жить по этим законам, чтобы в следующей загробной жизни мы уже могли учесть все свои ошибки и больше никогда их не совершать. После этой проповеди бабушка немного всплакнула и тихо прошептала: «Спасибо вам, падре, это замечательные слова, вы все очень хорошо и правильно сказали, спасибо вам.»

После погребения мы с мамой уехали домой. Мама с бабушкой принесли друг другу соболезнования, пожали руки и тихо, спокойно, без эмоций разошлись. Дело в том, что они всегда недолюбливали друг друга.