Из двух тысячелетий. Проза и стихи, принесенные ветром Заволжья

– И конфет?

– Естественно, и конфет…

Лучше бы дядя Федор не смотрел ребенку в глаза, наполнившиеся всеми оттенками печали. У него самого выкатилась слезинка, которую он незаметно смахнул в лужу, где плавала его старая галоша счастья.

Гек и Чук

– Гек, а где ты учишься, по слогам афиши читаешь? – спросил толстый модно одетый подросток своего ровесника в растоптанных сандалетах.

– Нигде, я сам грамоту осилил. Философом хочу стать, этого легко добиться, если думаешь не как все. Так Абрам Ибрагимович говорит.

Он тоже за партой не сидел, а философию преподавал в ниверситете.

– В университете.

– Нет, в ниверситете.

– Я такого, Гек, заведения не знаю.

– Частное, для богатых бездельников.

– Не все богатые бездельники.

– А почему у тебя бывает геморрой? Абрам Ибрагимович говорит, если есть геморрой, значит бездельник, а он философ и знает, что говорит.

– Вообще-то интересно рассматривать индивидуумов с философской точки зрения. У нас соседка по даче Венера Пахомовна при встрече только кивает головой, говорить не может: так натянула кожу на лице.

А ее подруга Анжелика Ивановна утроила губы и выговаривает лишь слова, где много гласных, хотя работает диктором на вокзале. Что бы сказал твой наставник Ибрагимович, посмотрев и послушав, как они общаются?

– Философы?

– Еще какие. Венера Пахомовна считает своими всех мужчин поселка.

– Сколько же у нее бобла, Чук?

– Наверное, много, меньше трех мужиков в ее саду никогда не пасутся. Настоящий философ Анжелика Ивановна.

По ее разумению у человека меньше проблем, если он едет в сторону от своей цели, и специально не выговаривает номера поездов, с ее-то дикцией.

– Для того и губы надула?

– Скорее всего, – засмеялся Чук.– Люди садятся не в свои поезда, путают маршруты, она рассказывает об этом Елене Пахомовне, и обе хихикают, правда, с трудом. Анжелика Ивановна однажды своего мужа посадила пьяного в другой поезд.

– Круто!

– Третий год его не найдет.

– Сбежал?

– Соглашусь с тобой, она иногда и сама отбывает в другом направлении, говорит, клево.

А какие впечатления: в бригаде лесорубов побывала, в чуме у чукчи зимовала.

– И общались?

– А зачем? Ешь мясо, да спи, с их-то произношением.

– Ты, Чук, говорил, что всей семьей отдыхали в тропиках, там удавы водятся?

– Полно. У Венеры Пахомовны и Анжелики Ивановны есть третья подруга Эсмеральда Семеновна. Она отдыхала вместе с нами. До сих пор рот не закрывает: к ней в постель удав забрался.