«А дом наш и всех, живущих в нем, сохрани…». Роман

Хоть и преступники, а жалко мужиков. Лица серые, худые все, под глазами мешки чёрные, курят, будто в последний раз, жадно, долго затягиваясь. Нестор с ними даже разговаривал пару раз – неохотно говорят, все больше усмехаются и молчат.

От такого соседства и от голодухи постепенно люди съезжать стали. Кому охота жить среди бандитов, хоть и подконвойных? Сначала Подлесных уехали, потом Тимофеевы наладились, потом Анпиловы решили, что детей учить пора в городе, потом Волгины по дворам пошли. В деревне жила такая традиция – все, кто уезжает, по дворам «за вспомоществованием» ходят.

Соседи уезжающим помогали последним. Им путь неблизкий, а остающимся всё легче – тайга прокормит.

К тому моменту, когда Нестор уходил, в деревне уже никого не осталось. И отец Богу душу отдал, и дядька Сидор и бабушка Ксения. Уж на что крепкая старуха, да и она не вечной оказалась. Нестор стариков похоронил всех. А потом и жить стало невмоготу. Сначала леспромхозовские приезжали уговаривали его переехать, работу на заготовках предлагали, да он разве для того на свет появился, чтобы в тюрьме работать? Лучше Богу послужить – отец говорил, дело это важное, хоть в соборном храме, хоть в тайге дремучей.

Постепенно стал Нестор уходить в тайгу скит свой строить – не хотелось ему в деревне оставаться. Что чужим скарбом дышать? Целый год по тайге дорожки оттаптывал, а когда всё приготовил, нацепил ошейник на Дикого, перекрестился, образа по избам собрал, икону отцовскую в холстину завернул, пожитки замотал, какие были, испек краюху хлеба в печи и ушёл в тайгу.

Но и там его нашли егеря. Привезли проверяющих из райцентра. Вот охота им было в тайгу лезть? Совестливые попались, раз есть вверенный им участок, значит, надо проверить. Проверили пару раз, ничего плохого не нашли.

«Ты только не шали здесь, монах, – сказал усатый мужик с папкой под мышкой. – Живи потихоньку, скажем, что сгинул ты, чтоб не ездить к тебе в такую даль. Сиди, носа не высовывай, а то быстро определим тебя в зону деревья шкурить».

Нестор только улыбнулся, с Богом он – чего ему зоны бояться. Вы ведь только вид важный напускаете, а сами давно уже в зоне живете, только думаете, что на свободе.

В скиту Нестор только и почувствовал себя свободным. С Диким, псом своим, да с Богом разговаривал. Раньше даже не подозревал, что так жить можно. Сначала боялся – как и что. Где воду брать будет? Оказалось, что в жару ему и утренней росы достаточно, а когда нужно – дождя подсоберёт.