Витька-"придурок" и другие рассказы

Все это вместе создавало ощущение, что жизнь удалась.

Знаешь ли ты, мой благосклонный читатель, что такое «Солнцедар»? Нет, ты не знаешь, что такое «Солнцедар»! Название, согласись, очень красивое – дар солнца. Перед глазами возникает картинка, как в фильме Отара Иоселиани «Листопад». Вот под лучами южного солнца наливаются соком виноградные гроздья, осенью их собирают веселые молодые люди – студенты и школьники, бережно укладывают в чистые аккуратные деревянные ящики, мужчины с мощными торсами грузят их в тракторные тележки.

Далее виноград по ленте транспортера высыпается в большие чаны, и мощные машины (в фильме, естественно, виноград давят ногами, но сейчас другие времена) выжимают из него сок, который вначале тонкой струйкой течет по желобу, по пути сливаясь с другими, и превращается в мощный поток. Соком заполняют огромные дубовые бочки, в которых он бродит, пенится, играет и, наконец, успокоившись, становится молодым вином. Разлитое по бутылкам, оно прозрачно как «божественный» кристалл.

Нет, дорогой мой читатель! «Солнцедар» с таким же успехом можно было назвать вином, как меня – Папой Римским! Правда, когда все это начиналось, за его основу брали неплохое алжирское красное вино «Мерло» или «Каберне». Его щедро разбавляли водой, добавляли свекольный сахар и для крепости – дрянной спирт. Постепенно доля вина в этом «продукте» уменьшалась, а доля воды и спирта увеличивалась. Если учесть, что вино из Алжира везли танкерами (туда – нефть, а обратно, пропарив отсеки, вино) то «на выходе» получался такой продукт, что им можно было травить крыс.

В народе его называли «чернилами», но пили. А что, дешево и сердито! Нефть тогда была дешевой, соответственно, вино тоже. Я не верю в конспирологическую теорию, что советские вожди специально ставили опыты над людьми, как правильно поет Андрей Макаревич:

Вечерами за шашлыками

Громко цокают языками,

Удивляясь на стадо с кручи:

«Ох, живучи, ну и живучи».

Но, вернемся к нашим баранам, точнее, к пиву.

Сами понимаете, что осталось в ведре от кочкинского пива к нашему «выпускному». Опасаясь разоблачения с его стороны, мы за неделю до «торжества» бросили туда пачку дрожжей и всыпали килограмм сахара, так что вместо пива получилось ведро браги.

Торжество началось чинно и благородно. Выпили по рюмочке водки под хорошую закуску, устроили в холле танцы. На нашем этаже все было культурно и весело. Холл еще зимой расписал красками все тот же Рауф.