Повторение пройденного… Былинки

Пригрози самой лютой расправой,

но соломинки не отбирай!

Не затем она мне, чтоб в надежде

жить на некую райскую весть,

а затем, чтоб хватаясь, как прежде,

за нее, я бы знал, что Ты – есть.

    Сергей Гончаренко

Вы, конечно, спросите: из-за чего сыр-бор-то? А я отвечу: седина в бороду – бес в ребро. Это мне батюшка Иоанн сразу сказал. Вот ребра поделом и болят. Да хуже могло быть, ох, хуже, как я, дурак, сразу-то не уразумел? Глупый я, глупый, а с виду умным кажусь, так батюшка говорит…

Приобретающий жену полагает начало стяжанию, приобретает соответственного ему помощника, опору спокойствия его.

Где нет ограды, там расхитится имение; а у кого нет жены, тот будет вздыхать скитаясь (Сир. 36, 26, 27).

Признание

Зацелована, околдована,

С ветром в поле когда-то обвенчана,

Вся ты словно в оковы закована,

Драгоценная моя женщина!

Не веселая, не печальная,

Словно с темного неба сошедшая,

Ты и песнь моя обручальная,

И звезда моя сумасшедшая.

Я склонюсь над твоими коленями,

Обниму их с неистовой силою,

И слезами, и стихотвореньями

Обожгу тебя, горькую, милую.

Отвори мне лицо полуночное,

Дай войти в эти очи тяжелые,

В эти черные очи восточные,

В эти руки твои полуголые.

Что прибавится – не убавится,

Что не сбудется – позабудется…

Отчего же ты плачешь, красавица?

Или мне это только чудится?

    Николай Заболоцкий † 1958

Чужое горе – оно как овод…

Чужое горе – оно как овод:

Ты отмахнешься, и сядет снова,

Захочешь выйти, а выйти поздно,

Оно – горячий и мокрый воздух,

И, как ни дышишь, всё так же душно,

Оно не слышит, оно – кликуша,

Оно приходит и ночью ноет,

А что с ним делать – оно чужое.

    Илья Эренбург † 1967

Мартюня умерла 1 июля в машине по дороге к врачу – не выдержало слабенькое сердечко. Так и застыла с открытым ротиком и красным язычком – воздуха! Мы вернулись на дачу, чтобы похоронить нашу кошечку.

Утверждают, что у котов напрочь отсутствуют родственные связи; возможно, поэтому она гоняла взрослого сына Малыша при любой возможности. Но благодушный Малыш стойко терпел и унижения, и частенько носил острые, как иголочки, мартюнины коготки прямо на нежном носу. Почти 17 лет они прожили бок о бок, и особой дружбы мы не приметили.

Но вот ушла Мартюня в свой кошачий рай – и Малыш сразу поскучнел.