Обжигающая грань

У Арсения Николаевича горе случилось: умер кто-то из близких. Я уже дергаться не буду и искать замену тоже. Решил, что ты сам справишься. В крайнем случае, свяжешься со мной через скайп. Всё, что было у Арсения по этому вопросу, я попрошу Анну скинуть тебе на почту.

– Хорошо. Передайте Арсению Николаевичу мои соболезнования.

Обсудив с Палычем ещё кое-какие формальности, я попрощался и немного приуныл: скучновато будет одному трястись почти целые сутки в поезде. К тому же, хотел посмотреть со стороны, как заместитель генерального решает выездные рабочие вопросы, чтобы в дальнейшем активно ему помогать.

А теперь, придётся импровизировать. Ничего, справлюсь.

Пробежав через все досмотры на вокзале, по дороге к нужному перрону я надеялся купить что-то съестное в ларьке. Уже практически занял очередь, как к своему неописуемому негодованию и откровенному шоку, увидел знакомую спину в серой толстовке с капюшоном, вечный лохматый узел на голове (не знаю, как правильно у женщин называется подобная причёска), нелепо розовые кеды неизвестной марки и многострадальный обшарпанный рюкзак.

Что за приколы? Как такое вообще возможно?

Тем временем, несуразная девчонка попросила продавца подать ей большой «Марс» и холодный бутылочный чай со вкусом персика. Этот голос стал уже резать слух. Почти месяц радовался, что больше её не встречаю. Точнее, даже не думал об этом. Теперь закралось нешуточное подозрение, что за мной следят.

Что могла забыть эта Венера на вокзале в будний день? Как же хорошо, что я этого так и не узнаю, потому что моментально, словно трусливый подросток, пячусь назад и быстрым шагом удаляюсь от ларька.

Не хватало ещё, чтобы ненормальная меня заметила и снова прилипла.

Злой от того, что так и остался невыносимо голодным, шумно захожу в своё купе. Пожилая женщина, очевидно, временная соседка, тут же вздрагивает и подпрыгивает на месте. Пришлось извиниться. Развалившись на верхней полке над старушкой, судя по всему, её внук-подросток играет на планшете.

Я обрадовался тому факту, что больше в купе никого не будет. На место Арсения Николаевича можно пока кинуть одеяла и постельное белье. Я прибуду в город назначения только завтра рано утром. Надо повторно просмотреть всю информацию к предстоящей встрече с возможным заказчиком.

Поезд ещё не тронулся, но назойливое чувство голода велело мне найти проводников и узнать, когда начнёт работу вагон – ресторан.