Крематорий «Солнышко». Тайны закрытого санатория

Наверно им казалось, что свободы у них стало больше и они забыли обо всем, включая свои обязательства, проводили время в кино, парке, гуляли, в общем нетрудно нарисовать картину с двумя великовозрастными неумехами, оторвавшимися от реальности.

Конечно, дома её ждал жёсткий разговор о свадьбе, потому что внебрачный ребенок – верх её капризов и это совершенно неприемлемо для её отца, рисковавшего всем. От вида будущего зятя родителей завело в транс, который не обрушился как снег на голову, но открывал все новые подробности.

Зять без образования и хуже, без малейшего желания его получить, был шоком для её родителей с тремя дипломами на двоих. Его бегство из дома и обстоятельства жизни в семье достойны романов Диккенса и самое удивительное – будущий, точнее, вынуждено-будущий зять не имел ничего ровным счетом, начиная от носок и белья и заканчивая верхней одеждой – все это числилось за ним в единственном экземпляре.

Самые шокирующие события развивались после свадьбы, когда молодые, занимая самую большую комнату в родительском доме, скандалили до утра, оскорбляя друг друга и обвиняя во всём.

Родители приняли решение забрать к себе новорожденную внучку, потому как ни разговоры, ни увещевания, ни попытки пристыдить зятя или напомнить дочери о её происхождении не имели никаких результатов. Девочка быстро лишилась грудного молока и её производители стали вести прежнюю беззаботную жизнь. Они оставались ночевать у знакомых или в чьём-то доме, где шёл ремонт, они не спешили домой и тратили деньги на свое усмотрение. Лишь изредка, красиво одетые, они решались на совместную прогулку с маленькой дочерью, составляя для окружающих идиллическую картинку заботливых молодых родителей. Бабушка с дедушкой молились и надеялись, что первое время все ещё идёт процесс узнавания и принятия супругами друг друга и, надеясь на благополучный исход этого затянувшегося процесса, оставляли их одних, уезжая на лето к друзьям с маленькой внучкой. Что-то было не так и процесс этот развивался совсем в другом направлении. Разбитые чайные сервизы, поломанная мебель и неестественно толстый слой театрального грима на лице молодой хозяйки свидетельствовали обо всем весьма недвусмысленно. Молодой хозяин целый день молча работал в саду и это признание собственной вины уже входило в привычку: к вечеру его супруга нехитрый ужин и не напоминала мужу ни о чём. Они старались не ссориться при стариках, но сдержать себя удавалось редко. Следующий день проходил в заботах о доме.