Затерянный мир (сборник)

 – Могу лишь сказать, что на поверку вышло совсем иначе. На каждом шагу я наталкивался на недоверие, продиктованное либо обычной человеческой глупостью, либо профессиональной завистью. Однако не в моем характере, сэр, перед кем-то унижаться, долго что-то объяснять, растолковывать и при этом видеть, что мои слова не принимаются всерьез. В таких условиях у меня пропала охота приводить вещественные доказательства. Мало-помалу сама тема мне сделалась ненавистной. Толпа начала атаковать меня, присылая своих представителей в виде газетных корреспондентов с целью удовлетворения праздного любопытства.

Естественно я стал давать решительный отпор. По своей природе я, как вы уже к сожалению успели заметить, увы, несколько вспыльчив.

Потрогав нывший под глазом синяк, я промолчал.

– Моя супруга часто меня за это корит. Думаю, однако, что любой уважающий себя человек на моем месте поступал бы так же. Впрочем, сегодня вечером я намерен предоставить широкой общественности образец сдержанности и способности контролировать мои эмоции.

Предлагаю вам посетить любопытный спектакль.

Взяв со стола, он мне протянул карточку – приглашение.

– Как видите в восемь тридцать в Институте Зоологии известный ученый Персивал Уолдрон выступит с популярной лекцией на тему: «О чем говорят века». Меня специально пригласили, чтобы, в конце концов, я выступил со словами одобрения Уолдрону за его выступление. Я согласился. Но, высказывая общее одобрение, я все-таки намерен, разумеется, с большим тактом, сделать ряд коротких замечаний, способных, на мой взгляд, заинтересовать аудиторию, заразить ее желанием погрузиться более глубоко в проблемы, о которых будет идти речь.

С моей стороны не будет ничего вызывающего, скандального. Так, только несколько реплик, призывающих к более углубленному подходу к теме…, интересно, поможет ли мне моя выдержанность быть встреченным публикой более благосклонно, чем обычно.

– Вы приглашаете меня? – спросил я с волнением.

– Ну, разумеется.

На этот раз его голос звучал с неподдельным радушием, которое воздействовало на собеседника не менее мощно, чем вспышки агрессивности.

Когда он довольно улыбался, его щеки наливались краской и раздувались, как два больших алых яблока, выделявшихся на фоне полуприкрытых глаз и широкой черной бороды.

– Непременно приходите. Мне будет приятно сознавать, что в зале у меня, по крайней мере, есть один, пусть и не очень компетентный, но вполне надежный союзник. Думаю, что вечером соберется много народу.