Избранные стихотворения. Том II

ВОЗМУЩЕНИЕ ПРОДАВЦА

МУЖСКИХ ГОЛОВНЫХ УБОРОВ

Ох, распустились жёны!

34

Как целомудренно твое грехопаденье!

35

За что пощечина? – За сновиденья!

36

Я ждал не Вас, но я не против…

37

Ты хочешь повторить? За что мне эта кара?!

38

Бросается в глаза твоя необнаженность.

ВОТ ЭТО ЛЮБОВЬ!

Давай друг друга ненавидеть —

Тебя за то, что ты глуха,

Меня за то, что я обидеть

Могу желанием греха.

Давай дадим друг другу в морду —

Тебе за склонность к дефиле,

А мне за то, что рифмой твердой

Взбиваю камни для суфле.

Давай друг друга поцелуем —

Тебя туда, где счастья нет,

Меня – за то, что я балуем —

В мой ненаписанный сонет.

Давай убьем друг друга нежно —

Тебя за то, что ты глупа,

Меня за то, что я прилежно

Кормлю бисквитами клопа.

Давай друг друга уничтожим —

Тебя гламуром подлецов,

Меня страданием расхожим

Великих якобы творцов.

Давай возьмем друг с друга клятву —

С тебя о святости измен,

С меня о том, что страсти жатву

Я буду жать с чужих колен.

Давай друг другу плюнем в душу:

В твою – за то, что ты мила,

В мою – за то, что я нарушил

Законы принятые зла.

Давай друг другу скажем гадость —

Тебе о прелестях твоих,

А мне о том, что слово «радость»

Произношу я за двоих.

Давай швырнем друг в друга миски,

Зальем другу друга кипятком,

А после глотки, выпив виски,

Заткнем ошпаренным платком.

Давай немного поостынем

И молча рядом полежим,

А после жар друг в друга двинем

И мировую совершим!

БУКВА «Л»

Твоей ошибкой ли из Твиттера,

Мой искушая монитор,

Соблазном высветилась литера,

Внеся в обыденность фурор?

А может быть, я сам нечаянно,

С клавиатурой не в ладах,

Нажал на клавишу отчаянно,

Где буква «Л» таила крах.

Но, что бы ни было причиною,

Я в мысли горестные вновь

Был погружен своей кручиною,

Которой имя есть «Любовь».

И снова ты явилась призраком,

Виденьем в белом неглиже —

И это было явным признаком,

Что я с ума сошел уже.

Но от тебя так сладко веяло

Лугами в яростном цвету —

Как будто их сама ты сеяла,

И опыляла на лету.

Твои струились ноги длинные

И проливались на печаль,

И взоры робкие, невинные

Не укрывались за вуаль.

И это чудное явление

В себе таило ход времен

И несказанное томление

Взошедших на святой амвон.