Старик

Старик

Сергей Дмитриевич Добрунов

«Чем больше я узнаю людей, тем больше мне нравятся собаки». Это утверждение стало поводом для написания этого рассказа.

Я, ДОБРУНОВ Сергей Дмитриевич, родился, учился в Луганске. Врач по образованию.

В 1981 году попал в Забайкальский военный округ, служил два года врачом в автобате, затем на рыбном флоте. После переезда в Криворожье стал хирургом в больнице, один – без советов и подсказок.

В перестройку из-за денег опять вернулся на флот: рыбный, танкерный, в иностранных компаниях.

Всего прожил в каютах на разных судах без малого десять лет. Сейчас – заведующий Криворожской участковой больницей.

Рассказ «Старик» посвящен рыбному флоту, работе трудной и опасной, где хорошо понимается дружба людей и собак. Недаром один из великих сказал: «Чем больше я узнаю людей, тем больше мне нравятся собаки».

СТАРИК

Первым, кого я встретил, поднимаясь по трапу на палубу надстройки, был огромный черный пес. Он стоял у меня на пути, поставив передние лапы на верхнюю балясину трапа.

Голова, как у теленка, большая, черная, с еще более черным и мокрым носом, низко опускалась в проход, язык вывалился на бок, на его конце висела капля слюны. Пес тяжело дышал. Огромные глаза, налитые по краям кровью, внимательно рассматривали меня и были удивленными и настороженными.

Я застыл от испуга, медленно поднимая перед собой свою сумку для защиты, и, словно загипнотизированный, не мог оторвать свой взгляд от красных глаз. Мы стояли так и смотрели друг на друга.

Пес первым начал втягивать воздух своим огромным мокрым носом, обнюхивая меня. Взгляд его подобрел, он с трудом поднял свои передние лапы с трапа и, тяжело переступив, пошел в коридор.

Я медленно стал подниматься дальше, все еще держа свою сумку перед собой, и только голова моя поравнялась с уровнем палубы, стал искать пса. Он сидел у двери с красным крестом, язык так и висел набок, слюна стекала на палубу, в тишине слышно было его частое дыхание.

По коридору плыл тяжелый африканский воздух, наваливался на все своей горячей массой.

Пот от жары и пережитого испуга катился струйкой у меня по спине. Я медленно, не сводя глаз с собаки, поднялся на палубу. Проход к двери был свободен. Пес, наверное, часто приходил сюда, в судовой госпиталь, и ждал сейчас, когда открою ему дверь.

Я достал ключи и, не опуская сумки, стал открывать дверь, постоянно наблюдая за ним, но никак не мог попасть в замочную скважину.