Дыхание жизни

– Так я и думала… Моя подруга Гаяне, когда пела национальные армянские песни, точно также немного прикрывала глаза и точно также они светились. Её мать с гордостью как– то объяснила мне, что у любой армянки «тахцот ачкер[1 - Томные глаза]», глаза немного с грустью, тоской и Верой. И когда армянки поют, их глаза наполняются слезами и блестят, так бывает только у вас. Ваши глаза кричат о тоске по Родине… Споёшь одну из ваших песен?

– Я не знаю их. Прошу меня простить. Я быстрыми шагами удалилась из этой комнаты и попросила Андрея проводить меня домой.

Глава 2.

Мы шли по мостовой, Андрей вежливо здоровался со знакомыми людьми, а я, смотря под ноги, спешно пыталась уйти.

Что тебя так взволновало, дорогая? оглядывая меня своим проницательным взглядом, спросил он.

Ничего, сухо ответила Энн, спешно перебирая ногами по мостовой, которая была ужасно скользкой… Твоя знакомая Рози, откашлянула она, мне не понравилась, она была слишком откровенной и, кажется, смотрела на всех свысока…

– Рози не такая, как все, засмеялся он.

А она возмущённо посмотрела на него. Будто мы все одинаковые, а она нечто особенное… Рози путешествовала на корабле по всем возможным странам, жила с матросами на одном корабле, поэтому её манеры не столь изысканы, как у тебя, дорогая моя. Не всем же иметь такой блестящий ум, грацию и сдержанность, как у моей невесты…

– Как возмутительно жить на одном корабле с матросами…

– Она живёт путешествиями… В этом она нашла смысл своей жизни, вздохнул он так, словно сам мечтал жить так же…

– Перестань, Андрей, так вздыхать, иначе я подумаю, что хочешь тоже все бросить и уплыть…

– Она наверняка была на твоей Родине, воскликнул он, вспомнив, давай встретимся с ней как– нибудь и расспросим обо всем! Ведь ты ничего не знаешь, а мне любопытно.

– Думаю, это плохая идея! – её голос почему– то сел. В то время они шли по тёмным переулкам, где утром продавцы будут продавать свои товары. Энн, не заметив в темноте коробки, ударилась одной ногой и сшибла с места какие– то из них.

Сама упала, да ещё и там были яблоки и явно не первой свежести… Теперь они валялись на улице. Андрей поднял её также быстро, как она упала и подвёл к свету под фонарём.

– Ты как? Ничего не ушибла?

– Нет, вроде я цела, Энн пыталась почистить платье, да кисть заныла неприятной болью. Вдруг откуда не возьмись вышел мужчина, его лицо в темноте было еле различимо. Позабыв о манерах и приличиях, он причитал и повелел им немедленно собрать его груз.