11, или Добавленного времени не будет

Ну, вот же, смотрите повтор – конечно, был там пенальти, был! Хотя… Сам Чи Сун и пробьет одиннадцатиметровый. Смотрите, какие глаза у ван Нотена – не человек, скала! И он берет пенальти! Крепко, в руки! Феноменально!

Комментатор проорался, немного отдышался, и с энтузиазмом продолжал:

– Я думаю, вы знаете, что в межсезонье «Лидер» был абсолютно неактивен. И лишь на флажке усилился Алексеем Траушем – одним из лучших молодых игроков Бундеслиги. «Лидер» давно охотился за ним. Но вот пока Алексей не играет – говорят, простуда его одолела.

А мы так плавно, за разговорами подошли к перерыву. Идите, готовьте себе новые бутерброды и возвращайтесь к нам.

Демьян Журамский отключил микрофон и облегченно выдохнул – каждый новый матч как новый бой для молодого комментатора. И приходилось собирать в кучу все силы и все скудные познания в футболе.

– И мы снова вместе! Я тут пока пообщался с коллегами, многие считают, что «СЛК» еще отыграется. Футболисты «Лидера» уже вышли на поле и ждут своих соперников. Лавров о чем-то беседует с Виктором Котляровым.

Вряд ли о сегодняшней игре; наверное, делятся впечатлениями о своем посещении ночных клубов. Я на днях совершенно случайно заглянул в одно подобное заведение, а там наши уважаемые футболисты такое вытворяют… Итак, судья дал свисток к началу второго тайма.

***

Он дал свисток и теперь должен затеряться на прямоугольном поле. Лишь не вспомнив о нем ни разу, не назвав его имени, не высмеяв его решений, его работу назовут достойной. Он должен быть в тени, имея один из главных атрибутов действа – свисток (читай – власть).

Его работу никогда не оценят по достоинству. Если он допустил ошибку, её увеличат до размеров земного шара. Если отработал без помарок – скажут вскользь, что так и должно быть.

Там, в отдалении, сияя начищенным пузом, стоит смысл матча – кубок. После финального свистка одна из команд схватит его, расцелует, скорее всего, даже сломает.

А он не получит никаких наград, хотя отбегал на поле столько же, ни на минуту не выключаясь.

И не имея за спиной замены. Главная его награда – новый матч. Может, даже в Лиге Чемпионов. Или на Чемпионате мира. И снова – не в главной роли. Так и должно быть.

У него не будет и сотой доли фанатской любви и популярности, и даже имя его запомнят спустя годы.

Но он владеет футболом, а значит – миром.

Он судит, а значит спрос с него – больше.

Он судит, а значит у него есть право.

Он судит, а значит играть не сможет – никогда.