Чертоги разума

Сидя в большой гостиной, уставленной резной мебелью красного оттенка, он с трудом завел разговор с совершенно безликими людьми.

–Так… У вас она снимала комнату?

–Да…– сухо ответил мужчина.

–А что вам ещё о ней известно? – данные карты были скудны, а в графе родители стоял прочерк.

–Она появилась год назад, будучи немного напуганной и встревоженной. Протянув дрожащей рукой записку с нашей рекламой, она попросила комнату. Так она и жила– тихо, спокойно и никого не трогала.

Пауза. Только слышался отсчет часов на столе рядом.

–Однажды она пришла напуганной, совсем промокшей под дождём. Ей явно было плохо, и она постоянно смотрела в окно, словно за ней следили. А неделю назад она исчезла, позже нам сообщили о её смерти…

Всё опять, заново. Вроде есть зацепки, а вроде и нет.

За короткий период времени он совсем обезумел, скажите вы: ходил и везде пытался о ней узнать, когда не работал в морге. Он даже не мог думать ни о чём другом…

Наверное, это так происходит, когда влюбляешься в того, кого уже не вернуть.

Почему и от чьей руки она умерла он не узнал. Вместо этого он начал изучать химию, биологию и оккультизм.

Вскоре была готова едкая зелёная субстанция, которая, по его задумке, должна была поднять её из мёртвых.

Началась страшная гроза, он был один во всё здании, кроме неё… Раствор введён, пульса нет.

–Ну всё, просто… Это конец…

Он уже схватил скальпель и поднёс острейшее лезвие к своему подбородку, как вдруг чья-то могильно-холодная рука обхватила его, а сладкий голос произнёс:

–Не надо… Я знаю, как будет лучше…

Май 2026

Северные края почти не изменялись на протяжении десятков лет.

Многие деревни всё ещё стоят в глуши лесов, а там идёт спокойная жизнь. Вековые сосны охраняют их от ветров с сурового северного моря, на мху всегда растут вкусные ягоды, а разные звери бродят постоянно. В этой идиллии все живут по давно установленным укладам. Если их нарушают, то последствия поистине страшны…

По разбитой грунтовой дороге с несколькими лужами, лежащей между огромными елями и прочими хвойными деревьями, аккуратно ехала машина.

Ярко-алый универсал, одной известной немецкой фирмы, чьим символом был круг с молнией, с внушительными пластиковыми обвесами и обилием хрома по бортам и крыше, особенно выделялись полоски серебристого металла, шедшие до задних фар. Линии корпуса придавали ей стремительности, а рокот 170 сильного дизеля разбавлял тишину леса.

Хотя, почему тишину? Лесные обитатели шумели не меньше.