Зона комфорта

В этом магазине она, к большой своей радости, купила книгу афоризмов Станислава Ежи Леца.

– Смотрите, что я здесь купила, – Дора показал книгу коллегам.

Многие из них тут же отправились в этот магазин, чтобы купить такую же, только Мария поджала губы и сказала:

– Поляк? Я бы его и читать не стала.

– И напрасно, – Дора с удивлением посмотрела на неё. – Книга талантливая, у нас её не достанешь.

– Я не читаю книги польских авторов, потому что поляки – это спекулянты и пустые люди.

Дора с сожалением поглядела на коллегу.

Она уже не казалась ей носительницей западной культуры, как это было всего несколько минут назад.

– У Леца каждая фраза – это шедевр. Вот хотя бы эта. Дора открыла только что купленную книгу и прочитала:

– «Те, кто носит шоры, должны помнить, что в комплект входят удила и кнут.» Чем не хорошее предупреждение для людей, которые попался на удочку сектантов или наркоторговцев?

– Тем, кто попался, такое предупреждение уже не поможет. Это пропащие люди, – криво усмехнулась Мария.

Вечером нужно было идти в магазин за продуктами. Раньше во Львове, как и во многих других городах Западной Украины, в большинстве магазинов не обслуживали тех, кто обращался к продавцам по-русски или по – польски. Просто делали вид, что не замечают этих покупателей или молча смотрели на них с презрением. Об этом не писали газеты, ситуация замалчивалась – ведь это противоречило мифу о «советских народах – братьях», одному из любимых коньков советской пропаганды.

На востоке Украины жителей западных областей тоже не любили. Там их называли западенцами, а всех, кто говорил по-украински, в Черноморске и Одессе считали забитой деревенщиной. Поэтому люди, переехавшие из деревни а город, непременно переходили с родного украинского языка на русский. Олег, выросший в Казахстане и не знавший украинского, чувствовал себя без него в Черноморске вполне комфортно.

Большинство преподавателей культпросветучилищ, приезжавших во Львов из разных городов Украины, были русскоязычными, они плохо говорили или совсем не говорили по-украински.

Дора, будучи тоже русскоязычной, говорила по-украински очень хорошо, поэтому коллеги часто просили её пойти с ними в магазин в качестве переводчицы.

Всё изменилось на западе Украины после перестройки с возникновением частной собственности, которая, в отличие от советской пропаганды, стала эффективным средством борьбы с магазинной ксенофобией.