Репетиция

НОЧЬ НА РЕКЕ

В кругу облаков, высоко,

Чернокрылый воробей,

Трепеща и одиноко,

Парит быстро над землей;

Он летит ночной порой,

Лунным светом освещенный…

П. И. Карпов. Творчество душевнобольных

и его влияние на развитие науки, искусства и техники

«А не послать ли их всех к черту?» – достучалась-таки до сознания Ильи Сергеевича какая-то особенно настырная мыслишка – в общем-то, вполне здравая, но теперь совершенно неуместная. Ибо посетила она нашего странника не где-нибудь, а в Митрополичьем саду.

Когда он сидел, в полном умиротворении, на лавочке в тенечке, любуясь голубями и золочеными куполами церквей.

– Кыш! – отреагировало Сознание. – Не мути воду! Не мути воду, и она останется чистой…

– А так ли чисты воды этого потока? – тут же съехидничала Мысль. – Впрочем, известно: чем сильнее жажда – тем чище вода…

– Мысль – ты глупа! Одно дело, когда пользуешься речной водой, другое – получаешь пользу от самой реки. Вот ты смотришь, как течет вода, а видишь – ее поток, смотришь, как горит огонь, и видишь пламя.

А ведь можно еще и слушать…

– Так зачем же в воду-то лезть! Посмотрел с бережка, послушал, как шумит, – и довольно! – Мысль заметно конкретизировалась. – К тому же, когда полезешь, сам вольно или невольно ее взбаламутишь. «Не мути воду!» – не так ли?

– Видишь ли, чем река глубже, тем меньше издает шума… Эх, да и не донырнуть мне до дна!

– Не пробуй глубины реки двумя ногами! – предостерегла Мысль – и напоследок использовала свой самый сильный аргумент: – Нельзя войти дважды в одну и ту же реку!

– Да, нельзя… – Сознание немножко затуманилось печалью.

 – Все течет, все меняется… И она изменится. Станет другой, чем была прежде. Но и останется при этом все той же самой рекой! Такова жизнь…

Сами понимаете, что после всего этого Илье Сергеевичу не оставалось ничего другого, как опять подняться с уютной лавочки и отправиться… – куда бы вы думали?

Впрочем, до оговоренного срока оставалось еще много времени, и спешить необходимости не было.

И вскоре Нилов снова двигался по набережной, теперь уже – Обводного канала. Затем Московским проспектом вышел к Садовой улице, пока, наконец, не добрался до Невского проспекта. Тем самым кольцом своего маршрута охватывая изрядную часть самого большого питерского острова, который по недоразумению так и остался Безымянным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».