В поисках отражения луны

– Слушай, Макс, а Вера тебе флэшку давала?..

«Какую?» – Лерин вопрос был прерван моими мыслями.

– … она тебе хотела отдать флэшку. Всё время об этом твердила.

– Нет у меня никакой флэшки…

– Ну, подожди! Насколько я помню, она у тебя валялась на столике в балконе… – и вот здесь до меня начало доходить, – брелок «бегемот».

– Брелочек в виде бегемотика.

– Я уже понял. Но, что там – какая информация?

– А вот этого я сказать не могу потому, что не знаю. Может там есть что-нибудь о причине отъезда?

– Мне кажется, что нет.

Накачала каких-нибудь фильмов, книг.

– Хм… может, не знаю. Ну ладно, Макс, я вечером позвоню. Родители зовут.

– Хорошо, давай тогда до вечера…

Я взял брелок, покрутил его в руках и рассоединил на две половинки. Бегемот на самом деле оказался флэшкой.

Посидев какое-то время в ботаническом саду, выкурив ещё две сигареты, – начинаю понимать, что курю последнее время слишком много. Поспешил домой. Надо посмотреть, что же оставила Вера на «бегемоте».

Подходя к квартире, я услышал, что «прихлебатель» мой желает быть услышанным всеми жителями нашего подъезда. Я подумал в тот момент – сидит кошка под дверью и разоряется криком. Открыв дверь, я увидел картину: – Тасу не сидела на полу, она висела на ручке двери. Надо было ей додуматься до такого?!

«Ты что творишь, Тасу?» – Я взял кошку на руки и зашёл в квартиру.

Меня разбирало любопытство. Быстро включив компьютер, вставил флэшку. На ней было два документа. Первый документ я открыл – это была музыка, – по большому счёту вся мне знакома (несколько композиций Людовико Эйнауди, пару вещей Яна Тирсона, из харда: Мотли Крю – старое, из нового: «PLACEBO» и много «АКВАРИУМ» – русский рок.

Полез во второй документ – это видео. В начале заставка: «Выбежала Вера с большим листом бумаги, развернула на уровне груди, улыбнулась. На плакате надпись: «Я и моя семья…» – да, почему-то с многоточием.» Кстати, я сразу понял, что это Вера, – их внешности с Лерой, теперь, для меня разнились. Или я, скорее, так их воспринимал, нежели видел (я ведь их рядом не ставил). «Затем Вера ушла за кадр, а плёнка, словно оборвалась и всё зарябило. Но прошло секунд пятнадцать и пошла следующая запись. Кадры были старые, я такие помню на кинопроекторе у своих родителей, (там я ещё маленький, а родители – моложе, чем я сейчас). Надпись на экране: «Мне двенадцать дней!». И вот какие-то люди, – мне они совершенно не знакомы, – выходят из роддома.