Своя не своя жизнь

Хотя вы же сами все знаете, если где-то существуете. Все видите: Еву, меня, нашу квартиру. Папа, а у меня взрослый сын, и зовут его Коля. Николай Андреевич, твой полный тезка. Наша семейная традиция продолжается.

Под ногами следы недавно закончившегося дождика. Небо пасмурное, низкое. Пожалуй, под таким небом лучше всего стоять на кладбище. Ничего не отвлекает. Хотя я бывал здесь и при ярком весеннем солнце. Каждый год в конце апреля обязательно стараюсь прийти, в годовщину Чернобыльской аварии. Вроде и никто мне эти люди, погибшие от лучевой болезни, а словно родные.

Не знаю почему. Может, из-за того, что на одном кладбище с моими родителями лежат? А папа и мама так и не знают, что была эта катастрофа. Ведь случилась она на следующий год, уже не при их жизни.

Нет, правильно я все-таки сделал, что приехал сюда. Легче стало. Ощущение такое, словно нечто важное понял. Что именно – не знаю, но очень важное.

– До свидания, мама. До свидания, отец, – шепчу я прощаясь. – Пойду я. Спасибо, что помогли мне сегодня.

Вы мне всегда помогаете. Пойду, вот только к ребятам из Чернобыля сейчас загляну.

Поворачиваюсь и иду, не оглядываясь. Не люблю оглядываться. Мы теперь придем сюда с Евой. Стоп, как же я не сообразил? Ева же наверняка вместе с другим Андреем много раз приходила. Да не с другим Андреем, надо отвыкать от этого, а со мной. Со мной, но только без меня. Опять я запутался. Будем считать, что со мной, но я это не помню. Вот такая рабочая гипотеза, за неимением лучшей. А хорошо все-таки, что на кладбище побывал.

Светлее на душе стало.

* * *

Усевшись в автобус, начинаю думать, куда податься дальше. В Лосиный точно не поеду: во-первых, очень далеко, а во-вторых, что-то не тянет сегодня. Но домой рано. Я ведь хотел во время прогулки наметить план своей жизни на ближайшие дни. А если точнее, то план освоения в новой жизни, которая свалилась вдруг «по щучьему велению, по моему хотению». Неужели это из-за моих многолетних мечтаний о Еве и кусания локтей, которые, как известно, укусить нельзя, что-то где-то в мире щелкнуло? А почему нет? Вселенная – штука сложная и, по сути, в основном не изученная, неведомая.

Мне уж точно.

Вдруг на память приходит, как я только что на кладбище рассказывал родителям о Коле, о соблюдении семейной традиции с именами. Странно, что раньше никогда не задумывался: дядю Володю зовут Владимир, а не Николай. А он старший брат. Правда, у них еще была сестра, самая старшая. Но она умерла в младенчестве.