Одно небо

Майки, два дня как в Лондоне, а уже влюбляется на каждом шагу, боюсь даже выводить тебя на следующую улицу, там всегда гуляет столько красоток.

– Перестань смеяться! Я видел, видел ее и очень хорошо, ни с кем не спутаю ее лицо.

– Я рад, что у тебя такое превосходное зрение, но думаю, нам нужно идти.

– Я хочу найти ее.

– Майк, это глупо, сейчас ты все равно не найдешь ее. Идем, если она из высшего света, ты ее еще обязательно встретишь.

Майкл не отрывал взгляда от места появления ангела.

– Хочу заметить, твой дядя ждет нас, – пошел на крайние меры Том.

– Да…да, ты прав.

Том тряхнул друга за плечо: «Уже не смешно, идем». Майкл бросил прощальный взгляд на другой берег, и они продолжили путь.

Николас О’Генри уважаемый политик, влиятельный и богатый человек, родной брат отца Майкла, жил в старом, фамильном доме. Старом только по тому времени, что он здесь простоял; в остальном внутри было все реставрировано, вся прелесть старины в своем новом не слишком измененном обличии, завораживала взгляд, дом был обласкан деньгами своего состоятельного хозяина.

Ему было за пятьдесят, он никогда не женился и не имел внебрачных детей, поэтому всю отцовскую любовь отдавал единственному племяннику.

Майкл знал, что унаследовал от любимого дяди решительность, целеустремленность и поразительное упрямство, неутомимого идеалиста, как называли в семье Николаса. Он занимался политикой страстно, со всей силой характера и воли.

Не в пример старшему брату Филипп отличался большей мягкостью, романтизмом и легкомыслием.

Его никогда не интересовала политика, глобальные проблемы и прочая суета. От отца Майклу достались простое жизнелюбие, доброта и мечтательность.

Их роду насчитывалось несколько веков благородных кровей Англии. Они имели огромное состояние, многочисленные земли, бесчисленное количество званий, регалий, почестей и наград за заслуги перед королевством. А главное, как бы негласное правило, многие поколения английских аристократов произносили имя этой династии с искренним уважением, потому что О’Генри действительно были достойными, всегда оставаясь честными и благородными.

Один из немногих, их род никогда не терял лица, какие бы жизненные испытания не выпадали на его долю.

Это было, самой главной гордостью братьев Николаса и Филиппа, оставшихся на сегодняшний день единственными представителями этого рода и наследника Майкла. В этом они были схожи с Томпсонами, возлагавшими свои надежды на Джеральда.