Несостоявшийся рассвет. Повесть

Нет, чтобы воды принести в дом! – с упрёком говорил он ей.

Мать обычно отмалчивалась, не обращая на его слова внимания. Но отчим не отставал, дёргал меня за ногу и, как бы шутливо, кричал:

– Эй, «мулла»! Совсем зачитался… Иди воды, хоть, принеси!

Тогда мать не выдерживала и говорила:

– Отстань от ребёнка. Пусть читает. Затем брала ведро и приносила воду.

– Так, Лидка, ты его совсем избалуешь или он муллой станет, – полушутя-полусерьёзно укорял мать отчим.

В то время я не понимал значение слова «мулла», но, по словам отчима, выходило, что это никчемный и ленивый человек.

Но я себя таковым не считал. Придя со школы, я заправлял не только свою, но и их огромную кровать, протирал полы и мыл под рукомойником оставшуюся от завтрака посуду. Вначале я это делал по просьбе матери, которая уходила на работу в пять часов утра. Иногда – сам. И тогда она, обрадованная проявлением у меня самостоятельности, не переставала меня нахваливать. Это подстёгивало желание угодить ей, и, постепенно, уборка комнаты стала для меня приятным и привычным делом.

Причина же упрёков со стороны отчима, которого я упорно не хотел называть папой, мне стали понятны с годами. Не получив достаточного образования, он завидовал моим успехам в учёбе. А чтение книжек, которое в глухой Сибири было, практически, никчемным занятием, по сравнению с ведением домашнего хозяйства, там, действительно, рассматривалось забитыми и тёмными людьми, как непонятное для них чтение сур муллой.

Кроме того, мне нравилось учиться, и школьные дни пролетали для меня незаметно.

Во время моего возвращения из школы, дома никого не было, и я сам придерживался определённого плана занятий и отдыха. Этому нас учила Ольга Ивановна.

– Самое главное, – твердила она нам, – помнить золотое правило: «Сделал дело – гуляй смело!». И я, хорошо усвоив его, старался не откладывать уроки на потом. Когда приходил домой, обедал и начинал наводить порядок в нашей комнате. Зимой – сначала растапливал печь, чтобы согреть остывшее помещение.

Топили мы антрацитом, и я засыпал его в печь целое ведро, которого хватало до самого прихода родителей.

Когда же освобождался от домашних дел, то сразу садился за стол для выполнения школьного задания. Оно для меня было самым важным и интересным занятием! Любознательный от природы, я любил учиться и познавать по учебникам окружающий мир. И никакими уговорами зовущих на улицу друзей не возможно было оторвать меня от выполнения уроков.

Глава 4.