Такая работа. Девять Жизней

Конструктивная особенность биплана позволяет опытному экипажу достаточно долго держать машину в воздухе даже с заглохшим двигателем и совершить относительно мягкую посадку. Это если есть куда. А в этом случае кругом была лишь тайга да скалистые сопки.

Но вот Вячеслав Клеймаков увидел петляющую между гористых берегов речушку. Скорее, даже ручей. Это был приток реки Ямбукан. Вписаться в его извивы сложно, рискованно. Но выбора не оставалось – «аннушка» теряла высоту. Пилоты переглянулись.

– Садимся! – сказал Клеймаков. Теперь все зависело от мастерства, опыта и слаженного действия экипажа. Одно неверное движение штурвала – и самолет ударится о скалы или деревья и похоронит всех под своими обломками.

Ширина ледового покрова таежной речки едва вмещала в себе размах крыльев Ан-2. Пилоты выбрали наиболее прямой между извивами реки участок, что очень важно: при посадке самолета даже в режиме планирования скорость его не меньше 160 километров в час, а значит, пробег по льду будет не менее сотни метров.

Вячеслав Клеймаков рассчитал все точно, и безмолвный самолет совершил вынужденную посадку предельно точно. Правда, одним крылом«Аннушка» все же зацепила промерзшую на пятидесятиградусном морозе лиственницу и она переломилась как спичка, а одна лыжа шасси выехала на камни.

Самолет замер, уткнувшись в каменистый берег. И только здесь женщины, все эти несколько минут напряженного безмолвного кружения над тайгой напугано молчавшие, дали волю свои чувствам.

Выйдя из самолета наружу, они и плакали, и кричали, и смеялись.

Не виноватые, но чувствующие себя таковыми, пилоты быстро развели костер. А через полтора часа после вынужденной посадки из Туры за ними прилетел вертолет. 31 декабря все участники этого инцидента – и пилоты, и пассажиры, подняли у себя дома новогодние тосты. Нетрудно догадаться, чему они были посвящены.

Остается добавить, что на счету Вячеслава Клеймакова это была уже не первая вынужденная посадка.

В 1987 году при выполнении рейса Муторай-Тура ведомый им самолет Ан-2 попал во встречный поток очень сильного, до ста километров в час, ветра. В результате случился перерасход топлива, оно кончилось, когда до Туры оставалось всего 8 километров. И тогда Клеймаков вот так же благополучно посадил свой безмолвный самолет на лед Нижней Тунгуски.

Сегодня этот славный пилот на пенсии и живет в Красноярске.