Разрешите вас пригласить

Голова закружилась, все мысли собрались в одну острую иглу и принялись пронзать воспалённое сознание. С той стороны двери раздавался тихий приглушённый голос мужчины, которого Тоня любила до беспамятства до сих пор. Даже сейчас, плача и икая от слёз, она мучилась от этого чувства, не в силах противостоять самой себе.

Но и простить его не могла.

Наконец, спустя несколько часов мучительного раздумья, когда слёз уже не осталось, Антонина включила воду, умылась, снимая остатки сомнения с себя, подержала на лице полотенце, стиснув его пальцами крепко, а потом вышла из закутка.

Она шла по коридору, ведомая мыслью о том, что скажет мужу. Он ждал. Сидел на диване, обречённо глядя себе под ноги. Теребил обручальное кольцо на пальце, словно желал, чтобы оно втёрлось под кожу и осталось там навсегда. За столько лет супружеской жизни они всё же научились понимать друг друга. И Тоня надеялась на то, что думала правильно. Гриша сожалел. Ему было тяжело терять то, что стало привычным.

Он начал изменять и возможно сам ушёл бы месяца через три-четыре из семьи. Но сейчас наверняка в груди яростно стучало сердце, потому что воспылавшие чувства поджаривали его, словно на вертеле. Вот так, никогда не дорожа тем, что постоянно рядом с нами и днём, и ночью, мы в какой-то момент боимся потерять это, потому что срослись с ним, и отпустить человека, – значит содрать кожу с лица.

Глава 3

«Вот и всё», – решительно, но всё же с болью, выдохнула Антонина, поставив подпись на заявлении по расторжению брака.

Она подавала его одна, но знала, что даже при отсутствии Гриши всё равно семья распадётся: по закону развод состоится, даже если против этого один из супругов.

Прошла неделя с момента последнего разговора с Григорием. Он беспрерывно умолял, стоял на коленях, пытаясь как-то повлиять на решение. Но Тоня была непреклонна, с каждым часом всё больше убеждалась, что время семьи Мироновых кончилось.

Выйдя из ЗАГСа, она села на скамейку возле здания.

Достала из сумочки пачку сигарет и… закурила. Она давно отказалась от пагубной привычки. Но сейчас такой необходимый никотин хлынул в лёгкие, наполняя их отравой, которая хоть немного, но успокаивала.

Голова закружилась, а дыхание прервалось и появилось ощущение закупорки внутри. Свободные лёгкие быстро отреагировали на резкий вдох дыма. Тоня закашлялась и выбросила тлеющую сигарету в урну, разгоняя остатки дыма взмахами руки.