За гранью. Мистическая повесть

– Запомните, Елена Павловна, у вас только один выход: продолжать утверждать, что вы были вне себя и ничего не помните в момент совершения убийства. Да не вздумайте ещё раз подписывать протокол допроса, где вы, якобы, признаёте свою вину в смерти сына.

Тут он посмотрел на часы и заторопился.

– Извините, но мне пора… Дел, знаете, невпроворот, – и встал. С этими словами адвокат подхватил папку и быстро направился к двери.

– Будьте здоровы, Елена Павловна!

* * *

После обеда Елену вызвали на допрос к следователю.

Тот, уткнувшись в какую-то бумагу, долго уточнял сведения о подозреваемой, задавал обычные вопросы, касающиеся пола, возраста, профессии и тому подобное. Затем посмотрел прямо в глаза Елены и спросил:

– С мужем давно разошлись?

– Да. Когда Серёже было десять лет.

– А скажите, пожалуйста, какие у вас сложились потом взаимоотношения с родным сыном?                                              Вопрос был неожиданным. Елена запнулась и покраснела.

– Взаимоотношения? – переспросила она, давая себе время опомниться, но следователь молчал и продолжал смотреть на неё.

– Обычные, – неуверенно залепетала подследственная. – Я его любила как мать.

– И только?

– А что вы имеете в виду, гражданин следователь? – глаза Елены забегали по сторонам.

– Смотрите на меня, Завьялова, и расскажите подробнее о ваших действительных взаимоотношениях с родным сыном.                              Елена замолчала и опустила голову.

– Молчите! Думали, что никто и ничего не узнает? Не так ли?

– Я его очень любила, – прошептала допрашиваемая.

– Как мужчину? …Хорошо. Я задам вопрос прямо. Вы находились в интимных отношениях с Завьяловым Сергеем Андреевичем, начиная с его подросткового возраста?

– Я любила его как сына.

– А вот обыск, произведенный в квартире, показал иное. В компьютере был обнаружен дневник Сергея, где он описывает отношения с вами как любовные. Мало того – как отношения мужа и жены!

С этими словами следователь вставил диск в находящийся на его столе ноутбук.

На экране промелькнули знакомые Елене файлы и папки сына, под одной из которых имелась надпись «Дневник». Она не раз пыталась через плечо Серёжи прочитать хотя бы кусочек его откровений, но этого ей не удавалось сделать. Сын сразу закрывал дневник, а его отдельный «стол» в компьютере имел свой код учётной записи, который не позволял подобраться к папке в отсутствии хозяина. И вот откровения сына стали доступны не только ей, но и следственным органом.