Крейсер «Суворов»

В ствол зашел снаряд, следом – заряд. Олег напрягся, ожидая. Наконец башня с ужасным грохотом содрогнулась, снаряд улетел, куда ему положено, и Олег немного расслабился: обошлось.

Корабль во время выстрелов главного калибра встряхивает так, что отлетает краска с переборок. Если дневальный зазевался и не снял плафоны и лампочки, то те взрываются как гранаты, усеивая кубрик стеклянными осколками.

Новый снаряд, заряд. Ожидание. Выстрел. Новый снаряд, заряд. Ожидание. Выстрел. И еще. И еще…

Стреляли двумя крайними орудиями башни.

Среднее молчало. Оно было законсервировано и ради экономии боезапаса, и из-за нехватки членов экипажа, и еще из-за связи. Крейсер является флагманским кораблем. Это такой плавучий узел связи, напичканный сложной радиоаппаратурой, которая очень чувствительна к мощным выстрелам главного калибра. Поэтому пока нет боевой надобности, среднее орудие молчит, не беспокоит «нежное» БЧ-4.

Новый снаряд, заряд. Ожидание. Ожидание. И еще ожидание, ожидание, ожидание… Выстрела не последовало.

Темнов тогда сразу все понял. Вспомнил капитан-лейтенанта с Русского острова, пившего водку прямо во время занятий, и его слова: «Они были такие же пацаны, как вы. Только черные, обгорелые. Я их на этих вот руках из башни выносил…» Это был затяжной выстрел. Как на «Сенявине». По спине Олега пробежал холодок…

Из перегрузки поднялся командир башни Сапонин. Из КДП прибежал командир дивизиона Гарашко, скомандовал:

– Произвести отчет!

Гриф – замочный – подрагивающим голосом отсчитал:

– Раз, два, три… двести…

«Карабас» отдал новый приказ:

– Заменить трубку!

Гриф вынул из казенной части орудия артиллерийский капсюль, который поджигает основной заряд.

Комдив взял трубку в руки, повертел, осмотрел, понюхал:

– Сработала… Установить новую!

Но и с новой трубкой выстрела не последовало. Это означало, что капсюль делает свое дело и воспламеняется, однако испорченный порох в заряде не вспыхивает. Но, возможно, он тлеет и готов рвануть в любое мгновение.

Еще раз:

– Заменить трубку!

Вновь нет выстрела.

И еще раз:

– Произвести отчет!

– Раз, два, три… двести…

Согласно инструкции все операции повторяются снова и снова. Раз за разом. Олег смотрел на суету возле орудия, вспоминал «Сенявин» и прощался с жизнью – со своей такой короткой жизнью. Снова думал о том, как же он не хотел оказаться рядом с оружием. Ведь ему была прямая дорога в «стройбат» – все-таки потомственный строитель. Отец Руслан Гаврилович – крановщик.