Жизнь на Земле – опасная игра…

Но таковых – пять процентов, за что же должны страдать остальные?». «Чтобы любого человека можно было объявить виновным? Мол, обнаружены ваши отпечатки, кусочки кожи и т.д. на месте преступления. Ах, вы там не были? Но улики говорят об обратном!..». «Всё это – ещё один способ держать людей в страхе». «Такие меры всегда применялись лишь к преступникам. Они унижают достоинство нормального человека и, в конечном итоге, приведут к его деградации».

– Карты, чипы… Тотальный контроль. Да что они, вообразили себя богами?! – Алексей взволнованно прошёлся по комнате, снова присел на диван.

 – Откуда у людей такая нечеловеческая жажда власти? Ведь у них есть всё, причём столько, что хватило бы на тысячи, а то и миллионы других, таких же как они, смертных. Зачем им мировое господство? Что они собираются с ним делать? Тешить самолюбие? Так примитивно? А в душу к себе заглянуть не пробовали? Вот где простор для настоящих игр!..

Последняя фраза выплеснулась как бы сама собой. Алёша вздрогнул, на секунду задумался, пытаясь сообразить, что он только что произнёс.

Смутные воспоминания пробежали по его жилам, резко кольнули в сердце и остановились там глубокой, болезненной занозой.

8

«Нацистская система в конце 30-х годов ещё не была нацелена на тотальное истребление, хотя с жизнями людей и тогда особо не церемонились. Она сосредоточилась на воспитании рабской силы: послушной и идеальной, помышляющей только о милости от хозяина, и которую, в случае чего, не жалко пустить в расход.

Для этого необходимо было из сопротивляющейся взрослой личности сделать испуганного ребёнка, силой добиться его регресса – вплоть до животного, биомассы без имени, воли и чувств. Такой массой легко управлять, она не вызывает сострадания, её легче презирать, и она послушно пойдет на убой. Это удобно для хозяев».

Алексей дочитал текст, тяжело откинулся на спинку кресла.

– Но системе, основанной на подавлении, выгодна и попытка угнетаемых приспособиться, выжить любой ценой – даже путём потери собственного Я! – Учитель тревожно посмотрел на подопечного и продолжил.

 – С помощью предательства (я – свой!), лизоблюдства (я – твой!), показательной жестокости по отношению к низшим (я готов на всё!). Именно так люди становятся ярыми приверженцами диктаторского режима. И так убивают свою душу.

Алёша встал, быстро прошёлся по комнате. Вернулся к столу, чтобы записать неожиданную мысль, но вяло махнул рукой и захлопнул ноутбук.