Н-Два-О

Ты, конечно, уже понял, что мой покорный образ на том допросе был заранее продуман и феерически воплощён, раз даже ты поверил в его реальность. Мы с тобой сейчас окажемся, можно сказать, в «сердце зла», тут-то и вступит в силу мой коварный замысел, – дьявольски хихикая, молвил он.

– Ты имеешь в виду центральный отдел? Ну так мы и раньше могли там находиться, в чём разница? – не понял я его.

– Находиться – да. И даже всякие кнопочки понажимать в пределах нашего статуса. Но теперь оттуда тянуться «щупальца» ко всем необходимым для моего эксперимента ресурсам.

Ну и, конечно, охота показать всем этим воякам и власть держащим, что мы не просто «яйцеголовые» послушники. Есть и ещё одна немаловажная вещь, обьясняющая, зачем я всё это затеял…

Вот почему-то именно после этих слов у меня появилось очень недоброе предчувствие, и по телу словно побежали зябкие мурашки. Как-то уж фанатично загорелись глаза у Белоголовцева, когда он всё это произносил.

– А, можно с этого места поподробней? – чуть подталкивая его к более развёрнутому ответу, спросил я.

– Оставим сладкое на потом, – опять принял он свой бесшабашный вид и, хлопнув меня по плечу, вновь переключился на печенье.

…

– Так, давайте ещё раз и более простым языком, – нахмурившись, произнёс И.Д.Гринёк.

Вот уже битый час он хотел от нас невозможного – объяснить ему, профану, смысл открытия Ивана Белоголовцева. Естественно, до этого он ознакомился со всеми необходимыми материалам и даже выслушал полноценную лекцию от тех, кто уже погрузился в «тему».

Но теперь ему хотелось услышать всю суть, так сказать, из первых уст. Вот и приходилось мне, работая в какой-то степени переводчиком, пытаться вбить хоть что-то в эту «дубовую» голову. Как назло, Иван не то, что не помогал, а скорее мешал, постоянно вставляя язвительные комментарии и одному ему понятные шутки. Правда, параллельно с этим он апробировал пробную версию опыта по реализации своей теории. Так что в какой-то степени ему можно было простить его отвратительное поведение.

Удивительно было, что теперь никто не раздавал нам подзатыльников и не совершал других видов рукоприкладства. Похоже, все уже прониклись серьёзностью и гениальностью открытия Белоголовцева. И только мне всё ещё предстояло свести эту узкоспециализированную, но широкопрофильную теорию к интуитивно понятному знаменателю. Этим я, собственно, и занимался почти с самого «утра».