Берёзовый апокалипсис

Берёзовый апокалипсис

Геннадий Копытов

Трудно рассказывать о себе. О далеких, яростных, непонятных, в то время, переживаниях…«Травы детства пахнут сладко-сладко,Остаётся горечь на губах…»Демидов В. Книга содержит нецензурную брань.

Берёзовый апокалипсис

Геннадий Копытов

© Геннадий Копытов, 2019

ISBN 978-5-4496-7070-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

О детях, но не для детей.

Друзьям и недругам детства…

«Травы детства пахнут сладко-сладко,

Остаётся горечь на губах…»

Демидов В.

В мае, я кое-как закончил седьмой класс и готовился к отправке в пионерский лагерь.

Мне было 14 лет, и я каждое лето, вот уже 12 раз подряд собирался туда…

Мать воспитывала нас с сестрой без отца, так как, тот находился в постоянных «отсидках», и чтобы хоть как-то отдохнуть, она сплавляла нас в пионерский лагерь каждый год, иногда на все лето.

Я знаю, что для многих детей летний лагерь – это беда, для меня наоборот – безмерное удовольствие, счастливая жизненная необходимость и значительная часть моего мировосприятия, впитанного мною «живяху в лесе».

Всю зиму я ждал, видел его во сне. Когда был еще в старшей группе детского сада, во всех замороженных стеклах, в самом хаосе морозных разводов, я вдруг узнавал знакомую опушку соснового бора или мрачную дорогу в ельнике. Когда подрос, в 4—5 классах, рисовал неуклюжие пейзажи – все те же поляны и лесные дороги – во всех своих альбомах.

Пионерлагерь «Березка» состоял из двух частей. Северной – примыкающей к мрачному ельнику – там были детские дачи, и южной части, в которой находился собственно пионерлагерь. Южная часть территории выходила воротами на дорогу, ведущую к поселку Архангельский, западная часть – врезалась в березовую рощу. С востока лагерь и детские дачи, прикрывала серая стена смешанного леса.

Впервые я попал в пионерский лагерь (ясельные дачи), когда мне стукнуло аж год и и три месяца, все по той же причине – отсутствие папашиной заботы и крайняя бедность нашей семьи.

Чтобы как-то нас накормить матери нужно было постоянно работать. Когда я родился, то уже втроем на пособие «по уходу» выжить было невозможно, а папины квитанции, «из мест л.», с переводом алиментов то на 1 рубль 38 копеек, то аж на 6 рублей (единственный раз) семейный бюджет не спасали. В три месяца я пошел по рукам родственников по отцовской линии Соколовых.