Жизнь и приключения вынужденного переселенца. Книга первая. Байки о бабайке

ПЕТЬКА

Эти ребята пришли в 5-А класс 1 сентября юбилейного 1970 года. Хасан – второгодник из 4-Г класса, который из-за стрижки «наголо», получил кличку Басмач. Женька – хрупкий мальчик из многодетной корейской семьи – Кореец, и Петька. Последние двое пришли из других школ.

В этот год школьников замучили подготовкой к празднованию 100-летия со дня рождения В.И.Ленина. Бесконечные репетиции, построения, маршировка, социалистические соревнования по учебе, ленинские чтения и прочее, прочее, прочее.

Вся страна, и конечно Гек, вместе с одноклассниками, жили с «подъемом» и «энтузиазмом». В школе был организован музей В. И. Ленина, куда их водили раза два в неделю на ленинские чтения.

Предметов, которые принадлежали вождю, там конечно не было, но все стены были увешаны плакатами о нем, его изречениями, детскими рисунками на тему «Ленин и дети». На столах стояли макеты каких-то шалашей, броневиков и еще чего-то.

Дальняя стена, расположенная напротив входа была полностью занята небольшой диорамой.

На ней были изображены Ленин и дети!

Ленин, слегка согнувшись, протягивал на открытой ладони деревенским детям конфеты.

Видимо художник, исполнивший это произведение, очень хорошо рисовал Ленина, а вот с другими персонажами дело обстояло гораздо хуже.

Дети – мальчик и девочка были длиннорукие, коротконогие, слегка сгорбленные, наверное, от тяжелой деревенской жизни. Лицо мальчика озаряла зверская с ехидцей улыбка.

Раскосые глаза девочки смотрели вообще непонятно куда. Они были слегка закачены под лоб и вместе с открытым ртом создавали впечатление, что девчушка совсем не по-детски говорила: «О-о-о, какой кайф».

Диорама выполнена таким образом, что фигура Ленина была нарисована на стене, а его рука, протянутая к детям, сантиметров на сорок выступала из стены и была объемной из гипса.

В один прекрасный день на этой руке «дарящей» появился, явно принесенный из школьного буфета стакан, наполовину наполненный, наверное, водой.

В связи с изменением незначительного, казалось бы, элемента, смысл картины кардинально поменялся. Теперь Ленин предлагал детишкам выпить, а они в свою очередь не отказывались. На лице мальчика читалось: «Что, хотел зажать? Наливай, наливай», а девочка, казалось, произносила: «O-o-о, кайф, сейчас нарежемся». Организатором этого «не детского праздника» выступал сам великий вождь.