Самый человечный цвет

– Я очень люблю свой город, – сказала Джой, – я вообще всегда по нему скучаю, даже если мне еще где-то очень хорошо, даже если я радуюсь каждому путешествию, каждому новому приключению, событию, человеку, мое сердце все равно здесь, дома.

– Я вот не привязан так к Берлину, – я пожал плечами, – даже не знаю, почему. Просто отца часто переводили, и детство я провел в Баварии, а потом еще шесть лет мы жили в Штатах, в Бостоне, а потом переехали в Берлин. Но у этого есть свой плюс – двойное гражданство, например!

Мы подождали, пока туман переползет через мост, и еще немного постояли, глядя, как на солнце поблескивает купол Павильона Искусств, а по далекому мосту Бэй носятся автомобили.

Прямо по центру залива мрачной глыбой лежал остров, на котором расположился Алькатрас, чьих беглецов до сих пор можно было пересчитать по пальцам одной руки. Теперь туда спешили катера с туристами.

Перейдя на противоположную сторону, мы взобрались на холм и уселись там, глядя на горящий под солнцем мост и на теряющийся в легкой дымке город.

Я вытащил свой блокнот и стал рисовать, выбрав для этого красный и синий карандаши. Джой внимательно смотрела, как я работаю, не нарушая тишины. Когда набросок был закончен, она улыбнулась.

– Да, его все рисуют. Потому что он такой красивый!

– Хочешь, я нарисую тебя?

Она неопределенно качнула головой и встала, протягивая мне руку.

– Идем. Самое время познакомить тебя с парой моих близких друзей.

Мы снова спустились к мосту и на этот раз пошли вдоль океана.

На середине мы опять остановились и опять повисли на перилах. Туман ушел, и нам открылась темно-синяя гладь бесконечного водного пространства.

– Я могу попросить тебя кое о чем очень важном? – вдруг спросила Джой.

– Конечно.

– Когда я умру, сожги мое тело, а пепел развей вот отсюда…

Я был, мягко говоря, шокирован. К чему вдруг этот разговор? Что за глупости – в двадцать лет думать о том, как и где твой прах надо будет развеять? Кажется, она прочитала мои мысли.

Хотя, наверное, мой вид вполне красноречиво отражал то, что было в голове.

– Не пугайся, ну, не думай об этом, просто пусть это будет у тебя где-то в копилке памяти, ладно?

– Х… хорошо…?

Когда мы вернулись в город, пройдя ровно той же дорогой, какой шли вперед, девушка повела меня перекрестьями переулков, и вскоре мы оказались на довольно широкой улице, где между маленькой кофейней и магазином был зажат небольшой автосервис.