Самый человечный цвет

Было уже глубоко за полночь, но город и не думал замирать или даже хотя бы сбавлять громкость. Нет, сон в этом месте был не предусмотрен программой.

Из клубов по обе стороны широкой улицы летели звуки музыки. Я никогда еще не оказывался в месте, где одновременно, не сговариваясь, включали бы столько отличных песен! Я влюбился в Сансет, мне захотелось прижаться душой к этому невероятному, странному, веселому, полупьяному бульвару и никогда не покидать его.

Джой вдруг схватила меня за руку и, прямо наперерез машинам, бросилась на другую сторону.

Под пронзительные гудки и с громким смехом, мы вылетели на противоположный тротуар, и она подвела меня к какому-то невысокому ограждению, за которым был крутой спуск.

– Смотри! – велела она, указывая куда-то вперед, и я увидел.

В темноте нахлынувшей ночи, зажатый между Голливудскими холмами и бескрайним Тихим океаном, горел, словно Олимпийский факел, город Ангелов. Над небоскребами и магистралями висело такое яркое неоновое зарево, что, я был уверен, ни одна ядерная бомба не сможет пробиться сквозь эту броню.

– Я знаю, о чем ты думаешь, – улыбнулась Джой, – да, это то самое «пуленепробиваемое свечение». Этот город хорошо защищен…

– Я… я, кажется, влюбился…

Она рассмеялась.

– Погоди, пока я не покажу тебе мой город!

– Твой город? – не понял я.

– А я не из Лос-Анджелеса, – хитро сказала она.

Мы шли дальше. Кажется, это была бесконечная, совершенно невероятная прогулка в ночь и в свечение, потому что теперь мы шли в сторону города.

Туда, к небоскребам. Я видел, как меняются люди на улицах, как исчезает блеск и веселье, доброжелательность Голливуда, уступая место подозрительным и неприветливым кварталам, но Джой, казалось, это не беспокоило. Ее вообще ничего не беспокоило! Она улыбалась всем встречным, и вот что странно – прохожие улыбались ей в ответ! Они желали нам доброй ночи, и Джой всегда отвечала тем же. Ее улыбка была словно щит для нас. Но свои очки она так и не сняла.

Я не понял, сколько километров (или миль) мы прошли. В какой-то момент я перестал понимать что-либо, полностью утратил ощущение реальности и провалился в какое-то полузабытье – в конце концов, в моем дне было слишком много часов. Так что я даже не удивился, когда в итоге мы снова оказались в Голливуде, и Джой привела меня в какой-то хостел.

– Кажется, у меня не хватит денег…, – пробормотал я, когда мы поднимались по крутой лестнице.