Самый человечный цвет

Мы пролетали над уже изрядно поредевшими лесами, над ниточками дорог и пауками городов, и меня в который раз накрыло чувство нереальности происходящего. Ну, а как вообще можно было поверить в то, что происходило? Меньше двух дней назад я был в Мехико и не представлял, как попасть в Рио-де-Жанейро, да и не был уверен, что именно туда лежал мой путь, а в тот момент я летел над Бразильским нагорьем с фальшивыми документами, нарушая при этом законы полудюжины стран. Я, Марко «Хороший Мальчик» Берг.

Марко «Я-не-воровал-яблоки-у-соседей» Берг. Марко… а, черт с ним, смысл и так ясен.

– Смотри, амиго, – Карлос толкнул меня в бок и кивком головы указал, куда именно я должен был смотреть.

Мы начали снижение, и я увидел раскинувшийся на берегу Южной Атлантики мегаполис, с его роскошными пляжами, его дорогими отелями, его трущобами и нищетой, его разнообразием. А над ним парил, расправив руки, каменный Иисус, потрясающий воображение и таинственный символ не только города, но и всей страны.

Потому что все мы, слыша название «Бразилия», представляли себе, в первую очередь, Амазонку, затем Рио, а потом, да, Иисуса.

Так что через два часа наш самолет, как и было обещано, слегка подпрыгивая, сел в Сантос-Дюмоне, маленьком аэропорту к западу от города. Закончив все необходимые дела, мы вышли из дверей порта и попали прямиком в духовку. Нет, это была не духовка – в духовке, по крайней мере, сухо.

А мы оказались в бане, во влажной парилке, и кожа мгновенно покрылась не просто капельками, а непрерывным слоем липкого пота, и даже дышать было трудно. Плюс, если в Мехико было плюс миллион, то здесь было плюс миллиард! Я чуть было не забыл, что в южном полушарии был разгар лета!

Карлос со злорадной ухмылкой наблюдал за моими мучениями сквозь зеркальные стекла своих «авиаторов».

– Что, плохо, да, амиго? Ничего, сейчас пойдешь на пляж, у океана-то полегче будет.

– Уверен?

– Поверь мне, я тут торчу больше, чем в Мехико.

Мы сели на автобус и поехали в сторону города.

– Завтра я уже должен лететь обратно, – рассказывал летчик, – обычно я остаюсь здесь неделю-другую, но сейчас праздники, и мне хочется провести их с друзьями, так что я рвану напрямик в Сити. Какие-то пятнадцать часов, и я дома! Придется бросить тебя, амиго, извини.