Хозяйка чужих снов. Мистическая быль

Откомандированные в ее распоряжение красноармейцы в один присест расправились с дровами, поправили прохудившуюся в сарае крышу, вскопали землю под будущий огород и навели марафет на остальное хозяйство Степаниды.

Методики Сагилевича, положенные на таланты Веры и желание самого Виктора, сотворили чудо. Он вновь стал видеть, его разбуженный дар окреп настолько, что уже не засыпал ни на минуту. Вместе с ним не спал и Виктор. Ценой огромного напряжения ей удавалось укротить его, дав возможность поспать Виктору хотя бы три – четыре часа, но при бешеной нагрузке на его мозг и физической усталости этого было мало.

Перед нею встала дилемма. Или загнать вышедшего из бутылки джина обратно, попытавшись насильно и, скорее всего, навсегда усыпить его дар, или продолжить беспрецедентный эксперимент, рискуя потерять любимого человека. За июль, что она провела с ним, Виктор сильно похудел, лицо его посерело и осунулось, глаза светились лихорадочным блеском, неистовой силы огонь сжигал его изнутри. Она понимала, что еще несколько месяцев такой их работы, и он не выдержит, сойдет с ума или просто погибнет, умрет, разобьется. Оставить его одного, наедине с вышедшей из-под контроля энергией, она тоже не смела. Но и продлить свой отпуск не могла, сидючи в Дриссе. Решение пришло, откуда его не ждали.

Глава 4

Вера приехала в Смольный загодя. Жданов принял ее в своем кабинете на втором этаже.

– Три минуты, не более, – предупредила Веру встревоженная Татьяна Павловна – Когда время истечет, а ваш разговор, вдруг, не закончится, ты должна будешь напомнить об этом Андрею Александровичу, и если он сочтет нужным, то продлит аудиенцию сам.

– Ты уже говорила мне об этом. Не беспокойся, я все помню и не поставлю тебя в неудобное положение.

– Верочка, я же не об том! Я хочу, чтобы у тебя получилось. Ну, давай, с Богом, доченька, – шепнула она и украдкой перекрестила Веру. Затем, вывела из помещения секретариата в коридор и, проводив до приемной, сдала на руки секретарше Жданова. После убийства Кирова в Смольном стало намного больше охраны, и перед дверьми кабинета номер один, и в приемной всегда дежурили офицеры НКВД, не считая сотрудников в штатском, мирно прогуливавшихся по коридорам.

Веру не стали обыскивать, ограничившись придирчивым осмотром.

– Три минуты, вы помните? – голос секретарши, как последнее напутствие, прозвучал у нее за спиной.

– Да, да, – меня инструктировали.

– Тогда все в порядке, – бросила та и распахнула дверь.