И загляну в твои глаза…

Мёрзлый утоптанный снег скрипел под ногами, и по звуку шагов совсем не представляет труда угадать человека, идущего вослед за тобой. Если поступь лёгкая, стремительная, значит молодой человек спешит куда-то, возможно на свидание с любимой девушкой или ещё куда, если же в такт шагам отстукивают каблучки, значит девушка, а тяжёлая поступь определённо выдаёт мать семейства, что с полными авоськами в обеих руках возвращается с работы и по дороге домой, зашла в магазин.

Лёгкий декабрьский ветер, нёс мне навстречу обрывки бумаг, разорванные обёртки шоколада, словно упрекая меня в безалаберном отношении к своему городу, но вынужден признаться, подобных грехов за собой не замечал.

А вот подход большинства горожан и вправду к своему жилищу, мне никогда не нравилось, как не нравится удушливый смог по утрам, нависающий чёрной тучей над городом; тяжёлый бензиновый запах, обдающий от проезжающих машин и на какой-то миг, перехватывающий дыхание и к чему я так и не смог привыкнуть, но… деваться некуда, и я как-то со временем смирился со всем этим, изредка выезжая за город с друзьями, побегать и покататься на лыжах, а то и просто побывать на природе, отгораживаясь от суеты.

Мысли беспорядочно роились в голове, то удваиваясь, а то и сливаясь в одну линию: скорее бы домой и вот так неспешно, я подошёл к платформе, поприветствовал, как всегда, ожидающих автобуса, попутчиков. В эту минуту, то ли испугавшись чего-то или кого-то, а возможно и холод тому виной, воробьи, подняв гвалт, оживлённым чириканьем, взмыли в воздух и вскоре исчезли в сумерках.

Попутчики, не обращая ни на кого внимания, поглощённые беседой, продолжали обсуждать свои заботы, вперемежку ругая политику и депутатов, приправляя острым словом негодования по поводу роста цен. В любой российской стороне, будь то в глубинке или столице, мы как были совками, так ими и остались – с остервенением требующими перемен и с ужасом, ожидающими их.

До приезда автобуса оставалось ещё некоторое время, это я понял по ожесточённой полемике собеседников рядом с тобой, что заходили всё глубже и глубже в своих аргументах.

Что-то заставило меня обернуться, и я невольно замер. Не столько глазами, сколько интуитивно я увидел её. Она стояла у противоположного края платформы и так же, как я, как остальные, ждала автобуса, а он, как назло всё никак не появлялся.