Ковчег

И все-таки, когда родители сказали мне, что мы переезжаем… Мне показалось, что жизнь кончилась. В каком-то смысле так и было. Конечно, потом она началась снова. Но это была уже другая жизнь. Я не виню родителей, они поступили так, как было необходимо… Но на этом мой рок-н-ролл кончился.

Глеб Боровков, барабанщик «10 Дигризли»

Если честно, я узнал об этом не в тот день, а на неделю раньше. Как-то все не получалось сказать пацанам. Черт… На самом деле я дико трусил, потому что не представлял, как сказать такое.

Петр Лучинин, басист «10 Дигризли»

Я не особенно горю желанием вспоминать тот день. Серьезно. Мы шли счастливые с радио, и от нас шарахались добропорядочные граждане. То есть все правильно, плюс хорошие новости, так? И вдруг такое…

Как будто врач сказал – послезавтра вам отрежут обе руки.

И это было только начало.

Ольга «Линда» Новикова, одноклассница Ноя, завсегдатай «Holly Holler»

Макс Холера уезжал на несколько недель. А когда вернулся, люди, которые давали ему деньги, сказали, что закрывают клуб и забирают себе помещение.

Видимо, это были очень серьезные люди, потому что все, что мог сделать Макс, – это уйти в запой.

Дмитрий Бартенев, басист «Rusty Dogs»

Я узнал о закрытии «Холеры» от Линды. Но слухи о том, что клуб закроют, возникали периодически в течение всех двух лет его существования, так что я не поверил. И недели две в разговорах со знакомыми повторял, что все это очередная разводка, кто-то пустил слух, не более.

А потом мне как-то позвонил Макс Холера и спросил, не смогу ли подержать у себя в гараже часть аппаратуры.

Я сказал, нет проблем, а зачем? И он сказал, что клуб закрывают. А потом такой: «Ты чего молчишь?» А я не мог ничего сказать, меня как обухом отоварили. Потому что в течение двух лет клуб «Холера» был частью моей жизни… Всей моей жизнью, если уж совсем откровенно.

Монк, басист «Kwon», «Broken Flowers»

Я уезжал на все лето в Прибалтику к родственникам. Вернулся и сразу отправился в «Холеру». А там замок.

Я еще подумал, что за ремонт такой, который длится почти три месяца. Ну а вечером я пересекся с Линдой, и она сказала, что «Холеру» закрыли. Все, что я мог сказать: «А как же все мы?» Потому что, если честно, кроме как в «Холере» нам места не было нигде. Мы были не нужны никому, кроме друг друга.

Вадим «Лимон» К.

Ну, представь себе, ты крутой сукин сын, вокруг тебя куча других крутых сукиных детей, и все это замешано на телках, алкоголе и рок-н-ролле.