Изобретатель

Приглядевшись, Борзов распознал четыре лапы, хвост и лопоухую голову чудовища.

– Это собака, – заключил сыщик. – Судя по причёске, похоже, из породы «дворовых».

– Но, она несётся прямо по воде!

Не предавая значения удивлению Василия, Борзов задумчиво ответил:

– Да, не исключено, что лапами, иногда, касается.

– Что вы этим хотите сказать?

– Только то, что мы на верном пути. Эта лохматая псина, я уверен, – подопытный «кролик» того рационализатора, которого нам приказано не упускать из поля зрения.

Знать бы только, где это поле находится!

Почти не дотрагиваясь до воды, собака, заинтересованная Васиным катером, подбежала, легко перепрыгнула через борт и начала обнюхивать палубу. Обнаружив открытые банки консервированной тушёнки, она, радостно виляя хвостом, с собачьим аппетитом и понятным удовольствием, проглотила всё, что в них было. Помешать этому процессу Борзов Васе не разрешил. Когда процедура приёма пищи собакой успешно завершилась, сыщик аккуратно достал пневматический пистолет и, также аккуратно, выстрелил в бок собаке.

Черно-рыжий барбос, почувствовав, что его что-то кольнуло, взвился в воздух, пару раз тявкнул и, перелетев через весь катер, в два – три прыжка оказался вне пределов видимости.

– И пули не боится! – поразился Василий.

– Эта пуля – внутримышечный радио-жучок. Собаке, как укус блохи, – пояснил Фёдор. – Теперь мы, возможно, раздобудем необходимую шефу информацию.

Настроив приёмник на определённую частоту, сыщик Фёдор Борзов стал терпеливо ждать первого сигнала.

В 19.58 по местному времени, в наушниках послышались еле различимые голоса. Настроив усилитель на полную мощность, Фёдор осветился улыбкой.

13

– Ну, и где же ты шлялся? – ругал Миша своего четвероногого «блудного сына». Я думал, ты уже утонул, и кормишь акул на дне морском, а ты… Совсем сухой!

– Миша, как тебе не стыдно, – вступилась Лена. Разве ты не знаешь, что акулы в этом море не водятся?

– С кем это они не водятся? С собаками что ли? Да, мало ли какие крокодилы с вами лично не водятся!.

. Как только не утонул, бедолага?!

– По-моему, я знаю, в чём дело, – догадался Клюев. Выйдя на веранду, он осмотрел «верёвочную лестницу». – Так и есть. Бим утром разыгрался с её «корзиной» и прокусил коробку гравитонного стабилизатора. Вот, видите?

Ромашкин подозрительно взглянул на изобретателя. Взгляд его, как бы задавал вопрос: «уж не сам ли ты ставил эксперименты над моей собакой?»

– Ну, и что? – спросил он.