Штрихи и пунктиры

Все, иди уже, у меня из-за тебя еще сильнее разболелась голова. Дай отдохнуть.

Тимофей вышел. Галина опять легла.

«Постоянно он так. Отложит все свои деньги на покупку этой дурацкой машины, а потом приходит ко мне и как маленький ребенок выпрашивает, чтобы дала ему до зарплаты. Взять бы да разбить ее к чертовой матери, банку эту его, чтобы больше туда ничего не складывал».

Под полом зашуршали.

– Васька! – позвала она кота. Через секунду в комнату влетел большой серый кот. Уставился на нее своей усатой мордой.

 – Чего вылупился? Давай, лови мышей. Сейчас же в подпол ныряй! – но кот не слушал. Мурлыкал как трактор. Медленно подошел к кровати, пару раз мяукнул. – У тебя вон, в сенях, – ткнула пальцем Галина, – стоят миски, иди и ешь. А не хочешь, то твои проблемы. И вообще, Васька, – она приподнялась и посмотрела на него, – зачем тебя мы завели, если ты мышей не ловишь? Что это за дела?

Кот шевелил ушами и носом, дергал усами. Резко подскочил и умчался в кухню.

– Вот, давно бы так, – опустилась на подушку Галина.

 – А то пока не наорешь, ничего не хочешь делать. Как Тима. Вот уж точно, какой хозяин, такой и кот.

Под полом опять зашуршали. Послышался кошачий визг, через секунду грохот на кухне, возня, опять визг и топот.

– Это не Васька, – Галя поднялась с постели и вышла на кухню.

Тюль над входной дверью наполовину оторвана. Кошачьи миски перевернуты, половички собраны. По углам валялись комки шерсти, в огороде дрались коты.

Галина выругалась и стала приводить все в порядок.

– Вот и оставляй после этого открытой дверь, – возмущалась она, возвращая на место тюль. – Не воры, так коты бродячие заходят. Ни от кого спасу нет… Так они еще и комод умудрились зацепить, – удивилась Галина. – Дикошарые!

Она придвинула комод обратно к стенке. Собрала вывалившуюся из миски еду в совок, протерла пол и поправила половички. Остатки еды унесла собаке, а коту налила свежего молока и покрошила туда хлеб. Вторую миску наполнила водой.

На крыльце появился Васька. Хмурый, но важный.

Пары усов не было, изо рта торчали комки чужой шерсти, на боку виднелась свежая залысина.

– Победил? – спросила его Галина.

– Мяу! – ответил он и срыгнул куски шерсти и еды.

– Гадина усатая! – Галина пошла за тряпкой. – Ты вот не мог этого на улице сделать?

Но Васька ее не слушал. С довольным мурчанием он ел молоко с хлебом.

– Паразит, – сказала Галина, когда подтерла пол.

Залаяла собака. Потом послышался лязг петель и звук закрывающихся ворот.