Мой Эдем. Стихи и проза последних лет

Я – язычник нового замеса.

У меня в кармане есть айпэд.

Но кому звонить из чащи леса?

Не фанатик я и не адепт.—

Двадцать первый век давно на рельсах:

Дальше, выше, прямо к облакам!

Вера – как костыль, чтоб опереться,

Меньше людям.

В большинстве – богам.

Я – язычник общего прихода,

Где кармин и охра, сурик, синь.

Тот приход – вся, целиком, природа.

Не работник я, а старший сын.

Я проснусь в преддверии заката,

Отдохнувший телом и душой,

Я сниму с щеки меньшого брата:

«Ну, бывайте, братцы! Ухожу.

Вечереет.

Выхожу из леса

Медленно.

Мне торопиться лень.

Над рекой туманная завеса

Обещает завтра жаркий день.

    16—24.01

Эпоха

Не могут понять варвар, скиф или гунн,

Как выглядит смена эпохи.

Лишь только тогда разбивают опоку,

Когда в ней застынет чугун.

    08.01.

Воробей и голубь

Вчера в окно я подглядел,

Как воробей нес хлеба корку.

Бедняга взмок, пока летел.

Хлеб тяжеленный был и мокрый.

Он крыльями махал, махал,

И в клюве хлеб не удержал, —

Чай воробей, не кран подъемный!

Тут голубь, этакий нахал,

Хлеб – хвать!

И утащил под елку.

А воробей обшарил двор:

Две хлебных крошки вместо пира…

И я подумал:

кто здесь вор,

И кто, простите,

птица мира?

    08.01.

Декабрь

Опять декабрь.

Мы мокнем под дождем.

Но ничего – мы биты и двужильны!

И не такое вместе пережили,

А уж декабрь мы вчих переживем!

Перчатки, шарф – ты с дождиком на «ты».

Ты при любой погоде будешь милой.

От года остается лишь обмылок,

Мне, как обычно, не до красоты.

Слышна повсюду звонкая капель.

В саду, как в половодье, все дорожки.

И с ясеня весь день летят сережки —

Решил, бедняга, что уже апрель.

Напомнив нам, каким был этот год,

Декабрь опять ступил на те же грабли.

Ты – не петух,

а год разверстых хлябей!

Привычки старика известны наперед…

    16—24.

Скрипач

Скрипач в подземном переходе

Сидит на стульчике складном,

Что у туристов есть в походе:

Каркас, прикрытый полотном.

Вокруг привычные старушки.

Петрушка, семечки и мед.

А он сидит, пьет чай из кружки

И ест с зубаткой бутерброд.

Рубашка мятая в полоску.

На голове – потертый фетр.

Он – свой, как говорится, в доску.

(От Станиславского привет.)

Он среди сырости и капель,

Как белкой спрятанный орех.