Сказки для потомков – 2

С жабою бородавчатой?!..

– А иначе, Ванюша, так и останусь я на веки вечные чудищем, и не вернётся к тебе никогда твоя любимая Василисушка.

Покручинился, покручинился Иван-царевич…

«Что ж, делать нечего, – сказал он сам себе мысленно. – Придётся мне, горемычному, выполнить то, что требуется – приласкать жабу страшную, чтобы она обратно в мою красавицу превратилася».

Выпил он тут чарку зелья заморского для храбрости, прилёг на брачное ложе, закрыл глаза, чтоб от жабьего уродства не вырвало, усадил чудище болотное на то место, которым супружескую обязанность выполнять следует, и…

Час прошёл, второй пробежал, третий промчался.

Вымотался уже бедный царевич, а жаба в Василису всё не превращается и не превращается.

– Что же это за напасть-то такая! – чуть не плачет Иван. – И долго мне ещё мучиться?

– Видимо, Ванечка, не от всей души ты стараешься, вот я и не превращаюсь в Василисушку, – отвечает ему жаба. – Ты уж будь со мной понежней да поласковей. Не смотри на мой облик теперешний.

Я же всё-таки ни какая-то там обычная жаба болотная, а жена твоя законная.

И ещё три часа Иван-царевич промаялся. Уж как только не старался он быть и понежнее и поласковей, а толку всё не было. И рассвет за окном забрезжил, и петух давно прокукарекал… Жаба как была жабою, так ей и осталась!

– Всё! Не могу больше супружескую обязанность исполнять! – простонал обессиленный Иван-царевич. – Боюсь, исполнительный жезл скоро отвалится! Выполнил супружескую обязанность на три года вперёд! Сил больше нет!.

. Ну, что же ты всё никак в Василису-то не превращаешься?

– Ты уж потерпи, любимый мой Ванечка, – проквакала жаба. – Я и сама уже измучилась. Да видно продолжить нам с тобою придётся. Заклятие больно уж сильное попалось!

И выпил ещё раз заморского зелья царевич для поднятия духа, и взвалил на себя снова жабу болотную, мерзкую и бородавчатую…

Но тут вдруг дверь в покои приоткрылася и на пороге – о, чудо! – сама Василиса Премудрая появилася!

– Ох! – охнула законная жена Ивана-царевича, увидев в объятиях мужа какую-то незнакомую жабу.

 – Как же это понимать, Ванюша? Али я не мила тебе больше, коли ты, пока я для твоего батюшки ковёр из лунных нитей шью, на всяких бородавчатых бросаешься?

– Что?! – не понимая происходящего, скинул с себя жабу Иван-царевич.

– А, может, ты зоофил, Ванечка? – спросила Василисушка. – И меня в болоте отыскал, да целоваться сразу полез. И любовницу вон тоже из болота притащил.