Веданта. Сборник рассказов

Зная, что вторая её напарница Жанна, моющая третий этаж, слаба здоровьем и совершенно одинока, Анну Сергеевну заботило, как та справляется в случае болезни. Представив, как Жанна едва встает с кровати, с трудом переставляя ноги, её сердце защемило. У самой Анны Сергеевны были двое взрослых детей, а они – при мужьях и детях. Собственно, жаловаться будто бы не приходилось.

– Ужасно быть совсем одной, – грустно вздохнула Анна Сергеевна, устремляя серые глаза на парадную дверь. – Приходишь, и поговорить не с кем.

Буфетчица распахнула нагловатые карие глаза, спрятанные за густыми умильными бровями; а её уста с большой нижней губой в негодовании потянулись вперед.

– А кто ей виноват? – буфетчица скрестила толстые руки на массивной груди. – Всю жизнь дурака валяла, всё принца ждала; а такую красавицу, знаешь ли, и на коня стыдно посадить.

Она издала развязный смех, сотрясающий грудь.

– Зачем ты так, Мария? – возразила Анна Сергеевна. – Она ведь никому зла не причиняла. Добрая и рассудительная.

– Как же, видали мы эту доброту! Глядит лишь бы чего домой утащить.

Уж я-то таких добрых поведала, будь уверена! У неё так глаза и бегают по витринам буфета. Злачная пьяница, что с неё взять?

Анна Сергеевна покачала головой, не желая раздувать спор на условиях осуждения; а в конце рабочего дня с тяжелыми вздохами буфетчица Мария с трудом понесла домой три набитые доверху сумки. Припомнив, что та идет на работу с легкой дамской сумочкой, Анна Сергеевна ещё раз качнула головой. Картина была слишком повседневной, чтоб её комментировать.

Буфетчица была жадной и необязательной работницей, как и большинство сотрудников, заимевших дурную привычку опаздывать, зная, что главный редактор позволяет себе полчаса задержаться в пути. Анна Сергеевна была не такая; она добросовестно поглядывала на часы по утрам и всегда приходила вовремя, за десять минут до начала рабочего дня, чтобы успеть подготовить инвентарь и вынести мусор, пока редакторов нет в кабинете. Они не чествовали, когда их прерывала бестолковая женщина, помешанная на порядке и соблюдении прямых обязанностей. Вечером Анна Сергеевна уходила последней; ждала пока охранник обойдет кабинеты, потом перемывала первый этаж и с чувством выполненного долга в семь часов вечера покидала здание.

Идя темными обледенелыми улицами зимой, её одолевал страх. Прохожие были редкостью той дороги, а после фильмов о насилии, что так легко вписались в моду женского канала, казалось, преступниками город набит до отказа.