Пересекающиеся Миры. Волшебницы

На самом деле ещё и сорока нет, но из-за тучности ощущавшая себя существом не только непонятно какого возраста, но и непонятно какого пола. Да что там говорить, из-за этой полноты, чтобы ей…, она если и могла сидеть, то с большим трудом. Ну да, в общественном транспорте приходилось терпеть, стоять было ещё труднее. Вообще-то Татьяна вполне могла бы позволить себе покупку автомобиля, благо, финансы имелись, но что это должен быть за автомобиль? Наверное КАМАЗ, и тот маловат будет.

Скорее то, как с ней заговорила и разговаривала ретро-женщина не позволило Татьяне послать ту открытым текстом, да и научилась уже с первых слов распознавать жульё якобы только тем и занимающееся, что избавляющее таких как Татьяна от лишнего веса.

Сама же Татьяна, и неважно где, иной раз готова была криком кричать, орать, как её «достала» такая комплекция. Как ей сказал один хмырь – психолог, к которому она попала на приём чуть ли не по великому блату:

– Скорее всего ваша тучность, это следствие какого-то сильного нервного потрясения.

Было такое?

– Было. – призналась Татьяна. А оно и правда было. А вас разве не тряхнуло, когда жених, уже в ЗАГС зашли, уже регистрация, бормочет что-то нечленораздельное и сбегает?

Но тогда Татьяна, сама удивилась, довольно-таки быстро оправилась от этого и всё было нормально. А вот лет через пять оно всё и началось, и до сих пор продолжается.

– Ну вот, видите? – такое впечатление, что психолог даже обрадовался. – В вас глубоко сидят воспоминания о случившемся, а организм на это реагирует.

Лекарства вам не помогут, только хуже будет. Гипноз, вот что вам может помочь!

Стоит ли говорить, что психолог был послан, правда не в открытую. Татьяна сразу же, как только вышла от него, выбросила визитку. Правда, было дело, он раза три звонил, говорил какую-то ерунду мурлыкающим тоном, короче, приглашал вернуться. Но Татьяна твёрдо решила: пусть уж лучше так, чем свою бошку неизвестно кому и неизвестно под что подставлять.

Вот ведь жизнь, как говорится, два в одном! С одной стороны – живи да радуйся, а с другой, да хоть вешайся! Правда и повеситься вряд ли удастся: ни одна верёвка не выдержит.

При этом раньше Татьяна начинала плакать, но теперь, по прошествии лет, при мыслях о жизни по типу «два в одному» лишь грустно вздыхала. Нет, Татьяна не смирилась с неизвестно за что доставшейся ей такой огромной комплекцией и готова была на всё, ну почти на всё, хоть пусть ножиком отрезают! Но отрезать ножиком лишнее ей никто не предлагал.