#НАХРЕНЁБЩЕСТВО

Разве не видно?

Чертов старик смотрел на меня. Ему было смешно. А мне нет.

– Как вы сюда попали?

– Я всегда был здесь.

– В смысле?

– Это моё призвание.

– Какое именно?

– Рулить, конечно же.

В конце странной полемики я внезапно вспомнил про даму сердца, честь которой я так отчаянно пытался отстоять.

– Алла…, – позвал я стюардессу.

Она не ответила.

Я бросил взгляд в сторону распахнутой двери. В проёме никто не виднелся.

– Поздно, – одернул меня словом пожилой мужчина, который таинственным образом перевоплотился в старшего пилота.

Теперь на нем была одета фуражка с кокардой. Во рту дымилась новая сигара.

– Что вы имеете ввиду?

– Фокус не удался.

– Какой ещё фокус?

– Не стоит прыгать из самолета, если пролетаешь над Бетлицей. Гиблое это место. Ещё бабка наглая сказала.

– Какая бабка?

– Кажись, моя жена… Не помню. Старый я стал…

Дедушка сорвал с себя фуражку и бросил мне на колени. Сам же стал почесывать затылок и рассуждать:

– Значит, решил слетать в Перу?

Это он меня спрашивал.

– Да, – ответил я.

– Дурацкая затея.

Если честно, мне и самому стало так казаться. Простое путешествие постепенно перерастало в самый настоящий сумасшедший дом.

– Но ты не переживай. В следующем году будем на месте, – пообещал дедушка.

Не переживать было сложно. Вся моя прежняя жизнь была одним сплошным переживанием. Помнится, я вздрагивал даже от звонка телефона, предполагая:

«Как бы чего не вышло…».

Идеальный человек в футляре, а значит и самый лучший объект для сторонних манипуляций.

Естественно, я напрямую этого факта не осознавал. Мне казалось, что я рулю своей жизнью. Но на самом деле ей распоряжались все кому не попадя. Начальник угрозами и запугиванием требовал выполнения плана, от которого зависела его, а не моя премия. Моя мать тянула из меня деньги, рассматривая меня как свой долгосрочный вклад. Моя бывшая мечтала реализовать свои детские конфликты через меня. И ещё многие… Даже продавщица в магазине, которая сунула мне фальшивую тысячную банкноту. Ведь я потом целую ночь бегал по разным торговым точкам, пытаясь передарить кому-то другому это достояние республики.

– Дать порулить?

– Что?

Опомнившись, я увидел как дедушка держит штурвал одним лишь мизинцем.

– Желаешь?

– Нет, спасибо.

Я отказался. Хотя мог бы стать смелым и решительным.

«Как обычно слишком много «если». А мог бы хоть раз собраться и оторвать жопу от насиженного места!»

Я молча упрекал себя.