Прыжок через бездну

Можете успокоиться, никто вас не заставит здесь читать глупые брошюры, не поинтересуется у вас, знаете ли вы, что вас любит Бог, не заставит хлопать в ладоши, кричать «Аллилуйя!» и делать остальные ненужные вещи. Мы категорически против этого.

Стоявший рядом Котлер всё время одобрительно кивал, по его лицу было видно, что уж он-то точно категорически против всего такого.

– А во-вторых, сударь, мне не очень понятны ваши претензии к нам. В чём наша вина и кто виноват в смерти вашей жены на самом деле? Давайте посмотрим правде в глаза.

Кто, по-вашему, я? Или господин Котлер? Может, кто-то из моих служащих заставил бедную девушку ехать в ту несчастную поездку? Нет, сударь, это были вы. Вы были упрямы, уже тогда вы убили её душу, так что винить вы можете только себя.

Артур должен был признать правоту гипнотизёра, хотя он не мог понять, откуда у того такая осведомлённость о его делах. Артур попытался возразить, но гипнотизёр жестом показал, что надо молчать и слушать. Уже надломленный чувством вины, Артур замолчал и поник головой.

– Да, – продолжил гипнотизёр, – мы пытались помочь ей выйти из депрессии. Она всё делала по моей методике, и ей нужна была только небольшая поддержка, ещё чуть-чуть – и всё бы вышло. А она ведь так много делала для нас, – вздохнул гипнотизёр и погладил одного из своих доберманов. – Это она вылечила моего пса. Удивительно, но эти свирепые существа приняли её. Да, мы пытались помочь ей, но наши возможности не бесконечны. Когда она поняла, что никто не в силах этого сделать, случилось несчастье.

Артур был окончательно сломлен, а тут ещё и вино сыграло свою роль. В этот миг он особенно остро чувствовал себя виноватым. Ему казалось, весь мир укоряет его. Из глаз Артура потекли слёзы.

– Ну, ну. Не надо так. Сделайте ещё глоток вина и успокойтесь. В конце концов, вы же просто человек. Вы тоже не могли всего предвидеть.

Артур сделал ещё глоток, и слёзы вдруг прекратились, стало спокойно и тихо на душе, только чувство вины занозой сидело где-то глубоко в сердце.

Он смотрел на всё отрешённым взглядом, и только слова гипнотизёра имели сейчас значение.

– Сударь, я часто помогаю людям и, глядя на ваше несчастье, просто обязан предложить свою помощь. Я вижу ваши чувства, они очень искренние и глубокие. Мы не будем вспоминать о том, что вы так набросились на нас вначале, это простительно, вы же защищали свою несчастную жену. Ну что ж, мы одарим вас своей щедростью. Всё, что от вас требуется, – это согласие. Формальность.