Моше и его тень. Пьесы для чтения

Везде была грязь, потому что была осень, лифт стоял между этажами, а я лежала и думала о том, какая все-таки я великая грешница, раз со мной случился такой несусветный кошмар…

Этингоф: Пожалуй, в этом что-то такое есть. (Достав из кармана блокнотик, записывает).

Анна: Я тоже так думаю. Но тогда мне показалось, что я в западне. В мышеловке. Что весь мир исчез и остался только этот лифт и больше ничего. А когда я поняла, что я великая грешница, то этот лифт стал похож на того кита, который проглотил когда-то бедного Иону…

Этингоф (записывая): На кита.

Анна: Вы это за мной записываете?

Этингоф: Я? (Убирая блокнотик). Даже и не думал… Вернее, я начал записывать, а потом вспомнил, что у меня уже была такая знакомая, которая тоже однажды упала в лифте, а потом кричала на всех углах, что она великая грешница, тогда как на самом деле, она была просто шлюха, которая ходила и брала интервью у всяких знаменитостей… Это у нее слабость такая была, переспать с какой-нибудь знаменитостью, иначе она чувствовала, что жизнь ее проходит совершенно напрасно.

(Оборвав себя, с изумлением). Позвольте!.. Но ведь это все написано в моем романе про бабочек!.. Вы что же это, пересказываете мне мой собственный роман?.. Вот это номер!

Анна: Почему это я вам пересказываю? И ничего я не пересказываю. Все это действительно случилось со мной прошлой осенью, а ваш роман тут совершенно ни при чем. Тем более что может, я вообще его еще не читала!

Этингоф (потрясен): Мой роман?.. Вы что же это, пришли брать у меня интервью и при этом не удосужились даже прочесть мой роман?

Анна: Может, я его и не читала, то зато листала.

И очень внимательно. Я думаю этого вполне достаточно, чтобы составить себе правильное представление.

Этингоф (тоскуя): Мой роман!

Анна: И к тому же, я прекрасно все помню.

Этингоф (горько): Пришли брать интервью и даже не удосужились заглянуть, о чем пишет автор… Очень мило.

Анна: Я думала, что может быть это не так важно.

Этингоф: А что ж, тогда, по-вашему, важно?.

. Трястись всю ночь под сомнительные песенки? Это, по-вашему, важно?.. (Злобно). А хотите, я скажу вам, почему вы не удосужились?.. (Кричит). Потому что вы на другое рассчитывали, вот почему… Это ведь даже невооруженным глазом видно, что вы на другое рассчитывали!

Анна: Господи! Да на что же я, по-вашему, рассчитывала?

Этингоф: А на то, что я мужчина, вот на что!.. На то, что поэтому вам будет легко меня вокруг пальца обвести! (Почти кричит).