Эфир

Она ощутила странный прилив энергии. Наверное, такое прозывается вдохновением. Ева будто обрела невесомость. Лёгкое дуновение подняло бы её и забросило на самый край земли.

В последний раз озвученный чужой внутренний мир совсем разочаровал Еву. Молодой мужчина, неспеша шедший вдоль весеннего парка, сосредоточенно думал о своём носе. Вскоре необъяснимое волшебное умение исчезло, словно его и не существовало никогда.

И понемногу Ева позабыла свой детский феномен.

Но на острове всё возвратилось. Нет, всё вернулось гораздо раньше. Но на малой земле это превратилось в кошмар, в мучительную какофонию. Поначалу такое случалось ночами. Испытывая тревогу, она поднималась, думая, что кто-то забрался в дом и довольно смело и бесцеремонно хозяйничает. Понадобилось не менее недели, пока она поняла, что голоса – с большой земли.

Отныне мир чужих мыслей вламывался в её тишину каждый день и каждую ночь.

После отлива вокруг её малого убежища вязкая глина, покрытая тиной, превращалась в болото – ни пройти ни проехать. Только прилив делал досягаемой большую сушу. Осень и весна приносили штормовые волны. Лишь лето и зима открывали доступ к её тайному приюту. Такое положение дел удовлетворяло её вполне.

Она исчезла со всех знакомых ей глаз не для того, чтобы однажды встретиться с прошлым.

Если она и захочет людей, то только новых. Если вернётся на материк, то в новую жизнь.

Проблемы безденежья или бедности Еве были незнакомы, ни в детстве, ни теперь. Но она поняла рано, что жизнь вертится вокруг капитала. Точно уж не любовь в центре человеческого мироздания. Финансы и здоровье – вот два столпа на которых держится мир.

Есть и третий, дополнительный, – удовольствие. И он впрямую связан с первыми два.

Дом, который построил Адам…

– Привет!

– Где мама?

– Скоро будет, она с Адамом.

– Как-то грустно выглядишь…

– Да нет… так подустала немного… Работы за борт в последнее время…

– Игра на бирже… Никогда не понимал…

– Ты стоматолог, тебе не надо.