Весеннее полнолуние

Мир большой, и он прекрасен. Прекрасны люди, населяющие его. Но каждый красив по-своему и счастлив по-своему. Они обменяются с каждым крупицами счастья…

Близкий звонкий бой церковных часов оборвал мечты Валентины (церковь находилась за территорией парка, но удары колокола отчетливо были слышны). Она посмотрела на наручные часы, уселась поудобней и с теплотой в глазах воззрилась на фонтан. Перед уходом на работу, как обычно, решила попрощаться на время с другом и собеседником.

На этом овеянном свежестью пятачке, под сенью невысоких пальм Валентина любила коротать свободное от работы полуденное время.

Монотонный звук фонтана и примешивающийся к нему близкий плеск морских волн рассеивали беспокойные думы. Фонтан терпеливо выслушивал ее сокровенные мысли, ободрял прохладой, вселял надежду. В благодарность за его отзывчивость романтическая натура Валентины наделила обыкновенное водное сооружение редкими человеческими качествами. Раскрыла в нем красивые черты, скрытые от множества глаз. В воображении подмеченная частность обретала привлекательную значимость.

Валентина любовалась им в каждый свой приход. В приятном уединении она с упоением прослеживала путь гибких серебристых струй. С торжествующим звуком они вырывались наружу, уносились в свободный полет. В стремительном взлете успевали насытиться радужным солнечным светом. Долетев до выси, дружно распадались на множество блистающих шариков, которые, совершив оборот вокруг своей оси – смотрите, как мы прекрасны, – с прощанием ниспадали.

Не исчезали – запечатлевались в памяти в образе изогнутой грозди сверкающих блесток.

Получив удовольствие от зрелищной игры водяных струй, Валентина встала, чтобы отправиться в гостиницу. Взгляд случайно пал на круглое основание фонтана, она остолбенела: веселые шарики вдребезги разбивались о твердое основание. В строгой последовательности, друг за другом, они безрассудно и невозмутимо неслись к месту своей гибели, где от удара об мраморные плиты расщеплялись в ничтожную водяную пыль.

Валентина в смятении наблюдала открывшееся ей страшное действо.

Взгляд был прикован к основанию фонтана, о которое снова и снова бились очумелые шарики. Дробный стук нещадно отдавался в висках. Тревожное беспокойство вновь овладело ею.

Она развернулась, спешно покинула площадку.

– Чушь! Собачья чушь! Привидеться же такое! – в раздражении шептала, спускаясь по тропинке.

Вдруг резко остановилась. «Фонтан!» – мелькнуло в голове. Она обернулась, посмотрела назад.