Кошмарный робот

Что станет с моим бизнесом, если они это сделают? Как из этого можно сделать действительно драматический материал для "Стар"? "Пунктирная линия отмечает путь, пройденный смертельным микробом; крестик указывает место, где его атаковал антитоксин" – ха-ха-ха, не очень-то это подходит для желтых журналов, Крейг.

– На мой взгляд, Уолтер, это было бы верхом драматизма – гораздо более сильного драматизма, чем пустить пулю в человека. Любой дурак может выстрелить из пистолета или перерезать горло, но для того, чтобы быть на высоте, нужны мозги.

– Возможно, так оно и есть, – признал я и продолжил чтение, в то время как Кеннеди усердно корпел над своей лекцией. Я упоминаю об этом разговоре и потому, что он имеет отношение к моему рассказу по довольно необычному совпадению, и потому, что он показал мне еще одну сторону удивительных изысканий Кеннеди. Он интересовался бактериями не меньше, чем химией, а история эта связана как раз с бактериями.

Прошло, наверное, четверть часа, когда раздался зуммер на двери нашего холла.

Представьте себе мое удивление, когда, открыв дверь, я увидел стройную фигуру очаровательной молодой женщины, которая была тщательно скрыта вуалью. Она находилась в состоянии, почти граничащем с истерикой, что заметил даже я, несмотря на свою обычную тупость.

– Профессор Кеннеди дома? – спросила она с надеждой.

– Да, мэм, – ответил я, открывая дверь в наш кабинет.

Она направилась к нам, повторив свой вопрос.

– Я профессор Кеннеди. Прошу вас, присаживайтесь, – сказал он.

Присутствие дамы в нашей квартире было настолько необычным, что я и в самом деле забыл о том, что нужно было исчезнуть, а занялся тем, что поправил мебель и открыл окно, чтобы выветрился застоявшийся запах табака.

– Меня зовут Эвелина Бисби, – начала она. – Я слышала, профессор Кеннеди, что вы умеете докопаться до сути сложных загадок.

– Вы мне льстите, – ответил он с чувством признательности. – Кто был настолько глуп, что сказал вам это?

– Один друг, который слышал о деле Керра Паркера, – ответила она.

– Прошу прощения, – встрял я, – я никоим образом не желаю вам мешать. Я, пожалуй, выйду. Я вернусь через пару часов.

– Пожалуйста, мистер Джеймсон… вы ведь мистер Джеймсон, не так ли?

Я с удивлением поклонился.

Если это возможно, я хотел бы, чтобы вы остались и выслушали мою историю.

– Если это возможно, я хотел бы, чтобы вы остались и выслушали мою историю.