Європа

У супермаркета «Європа», в отличие от других, занимавших полуподвалы и первые этажи жилых домов, было своё здание. Когда-то цех табачной фабрики, который новые владельцы – Бритиш-Американ Тобако или Филлип Моррис – почему-то не выкупили. Года три этот бывший цех стоял заброшенным, с выбитыми стеклами – выглядел особенно унылым на фоне отреставрированных корпусов табачки, обшитых сайдингом – пока его тоже не выкупили и не отремонтировали.

Несмотря на то, что супермаркет открылся всего полгода назад, «Європа» не была новичком на рынке.

«Европейцы» торговали бытовой техникой в городе с середины девяностых – холодильники в ЦУМе, телевизоры и хай-фай в «Детском мире», компьютерный отдел на «Стоке». А потом все эти феодальные княжества решили объединить в одно, как Германскую империю в 1871 году.

Во сне у них были имена. Простые или странные, а иногда смешные.

Собеседование назначили на десять. «Игорь Ждан?» – спросил женский голос по телефону. «Да», – ответил Игорь. «Мы рассмотрели ваше резюме.

Сможете подойти завтра?»

Отдел кадров был почему-то не в административной части супермаркета (там, где директора и менеджеры), а через дорогу, в гостинице, на пятом этаже – несколько комнатушек за металлической дверью с домофоном.

Гостиница совсем не выглядела гостиницей, ни снаружи, ни внутри. Скорее – какой-нибудь НИИ: фасад «под линейку», просторный, но невзрачный холл, гипсовый барельеф во всю стену – солнце-люди-поезда-трактора; лестница с широкими деревянными перилами, длинные коридоры и много-много белых дверей, к которым прибиты алюминиевые циферки.

Сложно представить, что кто-нибудь когда-нибудь останавливался здесь на ночь – даже командировочные, приезжающие уж точно не за комфортом; всё равно, что ночевать на работе: «Одно место есть у проектировщиков, а вам постелем в бухгалтерии».

Менеджера по персоналу звали Оксана. Невысокая, чуть полноватая, с короткой стрижкой (боб или типа того), сдержанной улыбкой и блеском в глазах, как у массовика-затейника.

– Присаживайтесь, Игорь, – сказала она и, едва касаясь, провела карандашом по его резюме.

 – Институт, че-пэ, че-пэ… Опыта, я вижу, у вас нет, – Оксана постучала карандашом по столу.

– Я почти год проработал реализатором, – не согласился Ждан. Он старался вести себя так, как учили в журналах: не разваливаться на стуле, но и не облокачиваться на стол; смотреть на рекрутера, но не пялиться; уверенно отвечать на вопросы, не суетиться и не мямлить.

– Это – не тоже самое.